Дедушка

Вот: "Магнитные поля, вторая часть:

ГЛЮКАЛО "Кидая в воду камешки, наблюдай за кругами от них..." Козьма Прутков В камере переброски сидели трое. Первым был Арнольд Браункопф - этнограф, филолог, дважды лауреат Нобелевской премии. Он проверял "логотранс" - универсальный прибор-переводчик. Профессор явно нервничал. Вторым из присутствующих был астрофизик Ричард Лауд. О его научных степенях и премиях говорить не принято, ибо считается дурным тоном. Любой житель галактики знает его в лицо, а на некоторых планетах он почитается наравне с местными божествами. Говорят, что ему больше четырехсот лет, и он достиг такого уровня мудрости, который невозможно измерить никакими категориями или степенями. Третий из присутствующих был простой техник, в обязанности которого входило обеспечение переброски в нужный район Вселенной. Ученые называли его просто Майкл. Впрочем, так они называли всех техников станции без исключения. Для простоты, чтобы не загружать свой драгоценный мозг лишней информацией. - Все готово, господа! - сказал Майкл. - Мы уже на месте. - Спасибо, приятель, - астрофизик поднялся первым и сразу направился к выходу. - Вы можете пойти с нами, - кивнул Браункопф технику, и тот, аж, засиял от счастья. По инструкции, он должен был остаться здесь, и все три дня, пока шла командировка, не выходить из маленького помещения камеры. Ступив на твредую почву, техник обернулся посмотреть, как же камера переброски выглядит на самом деле. На станции он попадал внутрь камеры через специальный шлюз и не мог видеть ее снаружи. Теперь же он смог полюбоваться ее сияющим корпусом из квазиметалла и по достоинству оценить простоту и изящество его чечевицеобразной конструкции. Много лет тому назад, когда Земля была принята в Галактический Союз, ей подарили несколько станций с этими замечательными аппаратами. Теперь люди могут перемещаться на бесконечно большие расстояния, практически, мгновенно, не затрачивая при этом почти никакой энергии. - Майкл, поторопитесь! - окликнул его этнограф. - У нас очень мало времени. До затмения осталось меньше трех суток, а нам еще предстоит уговорить главного жреца допустить нас до церемонии. Если мы не сможем этого сделать, вся экспедиция пойдет коту под хвост! Как большому филологу, профессору доставляло особое удовольствие щегольнуть каким-нибудь грубым выражением, или даже ругательством. Хотя от своих подчиненных он требовал безукоризненного английского, делая исключение только для афроамериканцев. К ним он испытывал особую симпатию. Техник же был этническим белым, к тому же (судя по чертам лица), явно с примесью семитских кровей, поэтому ему никаких поблажек не делалось. Вскоре они подошли к деревне аборигенов. Пока Браункопф налаживал контакты с местным населением, физик раскрыл свой чемоданчик и стал устанавливать прибор для наблюдения за солнечным затмением. Это явление природы надо было записать на оптический кристалл и замерить характеристики короны, как говорится, "не отходя от кассы". Впрочем, это была довольно рутинная работа, и совсем необязательно, чтоб ее проводил такой светила науки, как Ричард Лауд. Тот настоял на своей командировке только потому, что ему просто захотелось "проветриться", отдохнуть от многолюдных аудиторий и бесконечных симпозиумов. Что же касается Арнольда Браункопфа, тут дело обстояло иначе. Этнограф давно занимался проблемой религиозных обрядов, и когда появлялась какая-нибудь малоизученная раса, он, при ближайшей же возможности, сразу бросался на ее исследование. По сведениям Галактической Разведки, на планете Бамфа, куда они прибыли несколько минут назад, скоро должен был начаться обряд жертвоприношения, посвященный очередному солнечному затмению, который случается здесь раз в пятьдесят дней. До сих пор это великое таинство никому наблюдать не приходилось, но, по некоторым данным, зрелище обещало быть захватывающим. Эта планета принадлежала системе очень далекой звезды М-16, открытой экспедицией Шмулевича буквально три недели тому назад. Звезда находилась на самом краю галактики и с Земли была не видна даже в самый мощный телескоп. С помощью электронного переводчика, Браункопф вступил в диалог с аборигенами. Переговоры продолжались двое суток. Наконец, цель была достигнута - пришельцам позволили принять участие в обряде. Обряд начался ровно в полночь. Продолжался он пятнадцать часов. Чего земляне тут только не насмотрелись! Тут было и распевание песен поочередно то мужской, то женской частью племени, потом все танцевали - попарно, хороводами и "паровозиком", после был пир с ритуальными жертвоприношениями (слава богу, не человеческими), на котором земляне отведали мясо дикого вепря. Впрочем, вепрь был похож, скорее, на маленького динозавра, чем на млекопитающе. Да он и на самом деле, был земноводным. После пира началась ритуальная "групповуха", во время которой наших гостей чуть не изнасиловали. Их спасло силовое поле - необходимый атрибут межзвездных экспедиций. Когда все уже умаялись, до затмения оставалось каких-то полчаса. И вот тут-то главный жрец велел гостям убираться. Из всего, что он говорил, этнограф понял только то, что сейчас должна начаться самая главная часть обряда. Называлась она "Глюкание". Это было то, под чем аборигены подразумевали непосредственно общение с Богом. Молитва, медитация, уход в астрал - ни одно из этих слов не могло полностью отразить весь тот глубокий философский смысл, который вкладывался в это священодействие. Во время глюкания бамофцы как бы делились частью своей души со Всевышним и взамен получали от него часть его души. Для многих это было настолько важно, как если бы от этого зависела их жизнь, а также жизнь их детей, внуков и всех последующих поколений. В общем, обряд этот был настолько интимным, что наблюдать его непосвященным, было запрещено. Наши ученые мужи уже были готовы ретироваться "несолоно хлебавши", как тут техник Майкл (которого, на самом деле, звали Гирш Шойхет) достал из кармана гаечный ключ "на 18" и протянул его жрецу. - Ялла! - воскликнул жрец, что на местном языке выражало высшую степень восторга и уважения. Он поднял ключ высоко над головой и стал прыгать вокруг нашей троицы, радостно повизгивая и помахивая своим новым приобретением. После чего все трое были торжественно посвящены в "глюканавты" (то есть, участники глюкания). И вот, обряд начался. Весь народ собрался вокруг небольшой ямы, посреди деревни. Под пение и причитание, помощники жреца выкатили "глюкатрон" - в нем земляне узнали обычный унитаз, бог весть каким ветром занесенный в этот дальний уголок вселенной. Возможно, много лет тому назад, Бамф уже посещала экспедиция с Земли и случайно, или по обмену, оставила эту штуковину аборигенам. Но не исключено также, что она была завезена сюда и какой-либо другой внеземной цивилизацией. Сами аборигены изготовить его не могли - они еще не достигли нужного уровня развития технологий. Потом жрец стал наполнять глюкатрон водой. Дырка внизу была заткнута, и вода не выливалась. Все племя раскачивалось в такт очень грустной песни. До затмения осталось десять минут. - Алевай! - крикнул жрец. - Начинается, - шепотом перевел Браункопф. Наушники от транслятора были только у него, и поэтому он единственный, кто мог понять аборигенов дословно. Потрясающей красоты девушка (не участвовавшая, кстати, в предшествующей оргии) вынесла на вытянутой руке деревянную дощечку, похожую на старинную доску для разделки мяса. К ручке дощечки была привязана веревка с небольшим шариком на конце. Шарик был сделан, видимо, из кости какого-то животного. Жрец, облаченный в белый с красной окантовкой плащ (по случаю праздника), торжественно принял из рук красавицы культовый предмет и подошел к глюкатрону. Девушка упала на колени и закрыла глаза. По рядам аборигенов прошелестел вздох благоговения. Жрец поднял дощечку над унитазом и... вдруг сбросил костяной шарик вниз! - Глюк! - булькнул шарик, упав в воду. - Ялла, Глюкало! - дрожащим от напряжения голосом произнес жрец. - Ялла, Глюкало! - воем ответила толпа. Жрец выдернул шарик из воды и снова положил его на дощечку. Потом опять уронил его в унитаз. - Глюк! - сказал шарик. - Ялла, Глюкало! - воскликнул жрец. - Ялла, Глюкало! - взревел народ. Операция повторилась снова. Земляне были потрясены. Они так увлеклись процессом, что даже забыли о солнечном затмении, которое должно было начаться с минуты на минуту. - Послушайте, Браункопф, - обратился физик к этнографу, - а что такое это "глюкало"? Тот сделал торжественное лицо. - О! Это очень сложный вопрос. Глюкало - это нечто, типа верховного божества у бамофцев. Его символизирует этот маленький костяной шарик. Доска, с которой он падает, и на которую возвращается - это Вселенная, а вода, в которую он окунается - души людей... - А что же тогда символизирует этот унитаз? - Глюкатрон? Это нечто настолько тонкое и сложное, что даже я не могу понять! Тут жрец, в очередной раз, вынув шарик из воды, подошел к технику и протянул ему этот священный предмет. - Ялла! - воскликнул он ободряюще. - Майкл, - зашептал Браукопф технику, - вам выпала великая честь совершить обряд глюкания! Смелее, Майкл! - Но, что я должен делать?! - испуганно спросил тот. - То же самое, что и жрец, тупица! Трясущимися руками Гирш Шойхет взял глюкало и подошел к унитазу. - Глюк! - булькнул шарик, упав в воду. - Ялла, Глюкало! - гаркнул жрец, потрясая гаечным ключом. - Ялла, Глюкало! - эхом отозвался народ. Обряд продолжался. Потом дали поглюкать и этнографу, и даже физику, который так увлекся глюканием, что прозевал затмение. В общем, все получили массу удовольствия. Когда экспедиция вернулась на станцию, у всех было великолепное настроение. - А знаете, друзья, - сказал, прощаясь, великий ученый, - через пятьдесят дней, я, пожалуй, снова отправлюсь на Бамф. - Что, жалеете, что не записали затмение М-16? - улыбнулся этнограф. - Нет! Просто мне чертовски понравилось глюкать! 18.05.2001

Мы тоже воюем... Но: Израиль обогнал россию в 4 раза и сравнялся с Германией – отчет Израиль генерирует колоссальные объемы валюты через экспорт технологий и услуг, оставаясь самостоятельным и конкурентоспособным игроком мирового рынка. В международной дискуссии об Израиле часто циркулирует стереотип, согласно которому страна существует лишь за счет иностранной помощи и «ничего не производит». Однако сухие цифры МВФ и Всемирного банка рисуют иную картину: перед нами одна из самых динамичных, высокотехнологичных и независимых экономик мира, которая не просто потребляет, а активно формирует глобальный рынок. Об этом пишет "9 канал". Масштаб экономики: качество важнее количества По итогам 2025 года номинальный ВВП Израиля достиг внушительных $610,8 млрд (в 2024 году — $540 млрд). Но истинная сила скрыта в показателях на душу населения. При населении около 10 миллионов человек Израиль генерирует от $54 000 до $60 000 на каждого гражданина. Для сравнения: Израиль обходит по этому показателю большинство стран Евросоюза, вплотную приближаясь к лидерам уровня Германии и Нидерландов. Хотя номинальный ВВП россии (~$2,17 трлн) в 3,5–4 раза выше израильского, показатель ВВП на душу населения в рф почти в четыре раза ниже израильского (~$14 889). Хайтек — «двигатель» на стероидах Высокие технологии — это фундамент, на котором стоит современный Израиль. Сектор генерирует около 20% ВВП страны, что является аномально высоким показателем (в среднем по ЕС этот сектор занимает всего 6–9%). Экспорт: Более 53% всех зарубежных поставок Израиля — это продукты хайтека. В 2024 году объем этого экспорта составил рекордные $78 млрд. Инвестиции: Несмотря на региональную нестабильность, в 2025 году частный капитал влил в израильские стартапы $15,6 млрд, что подтверждает безусловное доверие инвесторов к местным мозгам. Оборона и инновации: не только программный код Израильская экономика диверсифицирована и опирается на несколько мощных «колонн»: Оборонный экспорт: В 2024 году страна продала вооружений на $14,8 млрд (+13% к предыдущему году). Это превращает Израиль в одного из ключевых гарантов безопасности для множества стран мира. Агротех и медицина: Экспорт сельхозпродукции ($1,4 млрд) — это не просто овощи, а уникальные лайфтех-решения. Сектор фармацевтики и медтехники также входит в число ключевых экспортных категорий. Промышленная корзина (данные 2024 года): Электроника и приборы: $12,8 млрд Медицинская и оптическая аппаратура: $7,4 млрд Драгоценные камни и металлы: $6,5 млрд Машины и оборудование: $5,2 млрд Минеральное топливо: $4,4 млрд Вердикт: устойчивость вопреки обстоятельствам Прогнозы на 2025–2026 годы обещают израильской экономике рост на уровне 3,3–3,5%, что выглядит впечатляюще на фоне геополитической турбулентности. Израиль сегодня — это не «дотационный регион», а самодостаточный глобальный игрок, который экспортирует безопасность, интеллект и технологии. Экономика страны не просто жизнеспособна — она конкурентоспособна и является чистым донором инноваций для всего человечества. Ранее "Курсор" сообщал, что налоговая сообщила, кто получит льготы в 2026 году. Автор материала Рами Мадрих.

Вообще-то, по данным независимых источников, русских там полегло уже более полумиллиона. Еще столько же кардинально покалечено. Нормально все! Украинцев полегло в пять раз меньше. Но, мне честно говоря, забавно: раньше русские и украинцы рука об руку грабили и убивали евреев, просто потому, что они их "боженьку убили". Теперь евреев в СНГовии не остались, так славяне друг за дружку принялись. Бог не фраер! "Да воздастся каждому по делам его!" (С). Я желаю победы обеим сторонам конфликта.

Я! Я специалист по голосам в голове. Знал великое множество людей с голосами (более десятка). Должен вас всех тут огорчить: все они имели один и тот же диагноз: ШИЗОФРЕНИЯ. И да, это лечится, но не вылечивается. Нейролептики, которые при этом назначаются (галоперидол, лепонекс и прочие) могут снять симптом, но при прекращении приема лекарства, через некоторое время голоса возвращаются. Психотронное оружие - это тоже, как раз из смежной со мной области - из научной фантастики (я, все-таки, писатель-фантаст). Галлюцинации от наркотиков - это проявление интоксикации мозга. Так мозг реагирует на отравление. Ничего хорошего и сказочного в этом нет. Никакой потусторонней реальности никто не видит. Галлюцинации - это как сон наяву - мозг бодрствует и спит одновременно, и видит сны. Просто сны, которые накладываются на реальность или подменяют ее собой. А вот что касается телепатии, то тут вопрос сложный. Мозг излучает радиоволны определенных частот. Не исключено, что их можно улавливать и расшифровывать. Каждый сигнал мозг кодирует, так что мы не слышим мысли друг друга. Но иногда, особо близкие люди, в процессе многолетнего общения, как бы "подбирают" пароль к сигналам близкого человека и могут услышать его мысли. Разумеется, это делается невольно и неосознанно. Это делает ваш мозг. Но эти мысли НИКОГДА не бывают в виде слов. Они приходят в виде идеи, желания или действия. Например, у меня были десятки случаев, когда я только брал в руки телефон, чтобы позвонить подруге, как раздавался звонок - это она мне звонила. Иногда ловил себя на мысли, что мне пришла точно такая же идея в голову, как только что высказанная моей подругой. Иначе, как телепатией, это не объяснить. Но пургу и мистику, господа, гнать не надо! - Все объясняется с вполне научной точки зрения.

Однажды японский самурай Макото Йокогама решил сделать себе харакири... Но промахнулся!.. ...И, таки, принял иудаизм... ("Городок")

Если есть галлюцинации, то есть типа: музыка в голове (как Вы сказали), голоса, крики (все в голове, не в реальности), то это СОВЕРШЕННО ОДНОЗНАЧНО - шизофрения. Срочно к психиатру! Думаю, не помешает госпитализация. Состояние очень запущено. Необходимо медикаментозное лечение нейролептиками. 100%. Не надо этого бояться! Нейролептики реально помогают. Лично знаю людей, которых они вывели в стойкую медикаментозную ремиссию и даже спасли жизнь. При счастливом стечении обстоятельств и хорошем специалисте, возможна стойкая ремиссия и полное исчезновение ВСЕХ симптомов болезни без тяжелых побочек. Сейчас есть очень хорошие, новые лекарства, вполне доступные на Украине (ну, я не знаю, как там у вас, я на Марсе живу), которые Вас, девушка поставят на ноги. Никаким самолечением не занимайтесь ни в коем случае! Только психиатр! Есть государственные больницы и врачи. К ним и обращайтесь! Заболеть Вы могли из-за наследственной предрасположенности, которая усилилась в период подросткового созревания (так часто и бывает), либо из-за физической травмы головы, либо из-за токсикомании - алкоголизма или наркотиков. Последнее, как я понял, к Вам не относится, но это тоже опция. Если у Вас возникнут вопросы - пишите мне в личку. У меня очень большой опыт в этой сфере. Главное, помните - психическое заболевание у Вас, безусловно, есть, но это не конец жизни. Многие живут так десятки лет и вполне счастливы, так как получают правильное лечение и у них проходит все то, что Вы здесь описали. Тема серьезная. Не хочу ее здесь обсуждать при всех. Люди злые. Гадости начнут писать.

Мое скромное мнение о христианстве: Христианство есть объязыченный иудаизм, созданный евреями-отступниками на основе чисто литературного произведения о распятом "пророке". Реально никакого Иисуса не существовало вообще. Потому как ни один из историков, живших в то время, не упоминал его в своих трудах. Согласитесь, что было бы очень странно, что такое событие, как Пришествие Бога-Спасителя с последующим его убийством и воскрешением, осталось бы незамеченным его современниками. Первое евангелие было написано через 40 лет после событий, то есть, где-то в 73-ем году новой эры. Тот, кто его писал, сам с Иисусом знаком не был. Всего евангелий было 12. Из них канонизированы только 4. Все они отличаются друг от друга. Если бы это были реальные божественные откровения, написанные под диктовку Бога, они должны были бы быть одинаковыми. Однако различия между ними говорят о том, что это просто литературное произведение - сказка, наподобие сказки про Бабу Ягу у русских, или Калеваллу у финнов. Единственный историк того времени, у которого вскользь упоминалось об Иисусе, был Йосиф Флавий, но специалисты пришли к выводу, что это писал не он, а те, кто позже переписывали его труды - переводчики и другие историки. То есть, вставка про Иисуса была написана другим стилем, а не стилем Йосифа Флавия, и была сделана лишь для того, чтобы у христиан была хотя бы малейшая зацепка для доказательства истинности евангелия. одним словом, упоминание об Иисусе в труде Йосифа Флавия - фальшивка и подделка. Оригинал труда Йосифа Флавия был уничтожен при пожаре Александрийской Библиотеки, которую, как известно, сожгли мусульмане. Что же касается самой философии христианства, то, за исключением 10-ти заповедей, взятых ими из иудаизма, христианство представляет собой лживую, лицемерную и подлую религию рабов и отщепенцев, вероотступников от той веры, из которой они вышли - из иудаизма. В силу определенных исторических событий христианство получило самое массовое распространение, но оно не стало от этого более истинным, чем его первоисточник - иудаизм. Это же касается и ислама. Ислам - осатаненный, экстремистский и оболваненный иудаизм, приниженный и опошленный для понимания идиотов-бедуинов-кочевников. Что же касается буддизма - то это тоже сказка, в меру глупая и абсурдная, но имеющая, тем не менее, определенную привлекательность для сирых и убогих. О других религиях и философиях я вообще уже молчу - они либо откровенно языческие, либо просто огульно атеистические. Надо признать, что и иудаизм, несмотря на свою революционность для того времени, когда он был создан, тоже наделен огромным количеством мифов и сказок, хотя и имеющих часто под собой реальные исторические события. Главное достижение иудаизма - 10 заповедей - является основным законом этики для всего человечества (для неевреев - 7 заповедей Ноя обязательны к выполнению!). На самом же деле, Господь гораздо сложнее и труднее для восприятия, чем его рисуют современные религии. В своей работе "О Боге, Вселенной и Смысле Жизни", также выложенной и на этом сайте, я сделал попытку объяснить свое понимание Творца и Цели Его Творения. Оно резко отличается от общепринятой доктрины, но от этого не менее привлекательно для любопытствующих и ищущих ответы на "вечные" вопросы.

Против глупости сами боги бороться бессильны. (Шопенгауэр) Иногда совершенно чудовищная глупость принимает такие запутанные формы, что кажется великой мудростью.

На эту музыку у меня написаны стихи.

Душа и тело - Завтра начинается Трансформация… - мечтательно произнесла Яллоа. - Ты уже придумала себе облик? – спросил Малюц. - А как же… - Я тоже. - Представляю, каким ты будешь красавчиком! - Яллоа нежно коснулась ложноножкой своего возлюбленного. - Как, все-таки, это замечательно! – сказал Малюц. – Редко кому удается встретить свою половинку до Трансформации. - Знаешь, чего мне сейчас не хватает для полного счастья? - «Ксенона» Тертолла. Угадал? - Точно! Кстати, мне родители подарили ко дню рождения новую стереосистему. Звук – просто полный отпад! - Чего же ты молчала? Пошли, врубим нашу любимую! «Симфония Бездонного Космоса»… Медленно переливаясь всеми цветами радуги, парочка поползла к многоэтажке. Их аморфные тела растекались по асфальту, иногда касаясь друг друга, и в местах их соприкосновения проскакивали легкие искорки. Их знали все в районе. Яллоа и Малюц подружились еще в детском саду. Удивительное единение душ этих двух малышей приводило в умиление и родителей, и воспитателей, и даже строгих служителей Культа Трансформации. Они любили одну и ту же музыку, смотрели одни и те же фильмы, читали одни и те же книги. У них были общие друзья и подруги, общие враги (а как же без этого!), общие мечты, даже сны, говорят, они смотрели вместе. И, вместе с тем, они ничем не отличались от остальных детей – до пятнадцати лет все они оставались обычными амебами, менялся только их размер. Вначале совсем крошечные, к пятнадцати годам они достигали двух релитов в поперечнике и веса двадцати гренгов. После Трансформации все должно было измениться. Кем они тогда станут? По закону Культа запрещено было кому-либо говорить о Сокровенной Мечте. За это сразу следовало пожизненное заключение в Башню Болтунов. Яллоа и Малюц знали это и хранили тайну. Даже, оставаясь наедине друг с другом, они тщательно избегали этой темы. И вот, настал Заветный День. В центре Площади зацвело Дерево. И все поколение 3579 года устремилось в Волшебный Улей. Малюц полз в мужской когорте, Яллоа – в женской. Первый раз они были порознь. Но, таковы правила Трансформации! Служители Культа зорко следили за перемещениями подростков, время от времени запевая псалмы и произнося заклинания. В принципе, никто в эти заморочки уже давно не верил, но традиция есть традиция. Ученые Гарлетны давно уже раскрыли биологические законы, управляющие жизнью на планете, но мистические учения, связанные с жизненными циклами гарлетнян, оставались еще очень сильны и влияли на них не меньше, чем фазы луны Ларены. Забравшись в ячейку под номером 785, Малюц откусил от Плода Превращения и начал погружаться в свою Мечту. Сок плода многократно усиливал воображение, вместе с тем усыпляя мозг и ускоряя обменные процессы. Да, Малюц станет эльфом. Какие легкие, нежные крылышки у него будут… Целых шесть штук! А глаза! Огромные, как сверкающие шары! И в каждом миллион, нет, полтора миллиона клеточек… Такие маленькие шестигранные ячейки, в каждой из которых будет отражаться весь мир! Два глаза спереди, два сзади, и один на макушке! Брюшко у него будет полосатенькое. Такое рыжее, мохнатое брюшко с зелеными полосками… И лапки… Восемь пар. С такими классными, модными присосками на концах! Вот Яллоа обрадуется… Она тоже сможет ходить по потолку. Ведь и она будет эльфом. Вернее, эльфидой. Наверняка! Они ведь во всем с ней схожи. Одинаково думают, одинаково мечтают. Разумеется, о ее Сокровенной Мечте он ничего не знает. Также, как и она – о его. Нет, тут опасаться нечего. Конечно, она станет эльфидой! Ну, не тараканом же! Или мухой! Брр… Кого он терпеть не мог, так это мух. И этих, двуногих. Эти вообще были, какими-то, уродами недоделанными. Даже подобия крыльев у них не вырастало. Так, два отростка сверху, которые назывались «руки», и два отростка снизу – «ноги». Нет, ну какой современный гарлетнянин согласится на это убожество? А эльф – это классно! Это по-современному. И стильно, и красиво, и поэтично, а, главное – сколько преимуществ! И летать можно, и в воде плавать, и по потолку бегать… Они с Яллоа воспарят над полями и лесами, над реками и озерами, пролетят над Городом, опустятся на крышу Храма… А в Храме будет играть «Ксенон» Тертолла. И они будут самой красивой, самой счастливой парой на Празднике Трансформации… А потом будет ночь… Ночь любви… Сердце Малюца бешено заколотилось, он стал задыхаться и… проснулся. Первым движением он разорвал оболочку куколки. На волю, к небу! Малюц выпорхнул из улья и полетел. Его ждал Храм. Гигантская зеркальная стена Храма Трансформации манила его, звала вперед, туда, где он впервые увидит себя… И вот он перед ней… Господи! До чего он прекрасен! Все как в мечте! Сокровенная Мечта теперь смотрела на него глазами гигантского насекомого, сверкающего в лучах утреннего солнца. Его блики играли на прозрачных перламутровых крылышках, отражались от радужных шаров глаз, теплые лучи переливались на мягком рыжем ворсе, покрывавшем все тонкое тело эльфа. Малюц был счастлив. Далеко не всегда Мечта так удачно воплощается в реальность. Это была, воистину, удача! Тут рядом с собой он заметил эльфиду поразительной красоты… Девушка только что подлетела к зеркалу и теперь восхищенными глазами смотрела на свое отражение. - Яллоа? – спросил он ее. - Меня зовут Яэль. А вас как? - М-меня? Малюц. - Какое у вас смешное имя! Вы тоже 3579 года выпуска? - Да. А где Яллоа? - Кто? - Яллоа… - Не знаю. Она ваша бывшая подружка? - Почему - бывшая? - Ладно, Малюц. Вот вам мой запах, если захотите, можем как-нибудь встретиться и поболтать. О погоде… Она дотронулась до него своей маленькой лапкой, оставив отпечаток на его плече, и улетела. «А она классно пахнет!» - мелькнуло в голове Малюца. - Тьфу, дура! - сказал он вслух. – Дура и пошлячка. - «Поговорим о погоде!» - передразнил он ее. На местном сленге поговорить о погоде означало заняться любовью. - Нет, моя Яллоа не такая. Она умница. Она тонкая и ранимая. Она… Малюц полетел искать свою возлюбленную. Теперь он не знал о ней ничего, кроме имени. О ее облике он мог только догадываться, а запах… О, запах – это тайна за семью печатями! Как пахнет Яллоа, он даже представить себе не мог. Наверно, как-то совершенно необыкновенно! В Храме было полно народу. Насекомые, звери, люди, все сновали туда-сюда в поисках пары. Все они были одного поколения. Или почти все. Некоторые неудачники из предыдущих выпусков, не нашедшие себе половинку в тот раз, пришли сюда попытать счастья вторично. Иногда, кстати, это кончалось удачным союзом. Никто ведь не мог сказать заранее, кого на этот раз будет больше – насекомых, людей или животных. Вон, тот лев, говорят, приходит сюда уже пятый сезон, а все бобылем. И на этот раз на львиц, похоже, неурожай. И куда только воспитатели смотрят! Ведь баланс нарушается! Сказано ведь в Священной Книге – «Каждой твари должно быть по паре». Тут Малюца привлек разговор. Слух у него был феноменальный, впрочем, как и зрение с обонянием. - Меня зовут Радль. - Вы очень красивый парень, Радль. - Спасибо. Вы мне тоже очень нравитесь. Может, сходим вместе в киношку? - Не знаю. Я жду своего возлюбленного. - Да? А как его зовут? - Малюц… Его словно током пронзило. Какой у нее мерзкий голос…Ужас! Она выбрала себе облик человека! - Яллоа? - Малюц?!! - Да… Минуту они стояли друг против друга, рассматривая то, во что превратилась Мечта каждого. На лице девушки появилось презрительное выражение. - Не ожидала…. - Чего? – спросил Малюц. - Не думала, что ты такой дурак. - Сама ты дура! В ученые метишь? - Ну, уж, не в мотыльки же! Как от нее несло! Ну и духман… Ясное дело. Она же человек… - Прости меня, Малюц, - сказала она. На ее глазах появились слезы. Малюц тоже хотел расплакаться, но эльфы плакать не умели. - И ты меня. Тоже прости. Яллоа. Да? - Что ж теперь делать? - Не знаю… - А я о вас слышал, - сказал Радль. – Вы та самая неразлучная парочка, из Зеленого района? - Та самая… - Вот ведь незадача! – Радль искренне им сочувствовал. Он явно был неравнодушен к девушке, но не знал, то ли ему радоваться, что теперь у него появился шанс на неплохую партию, то ли огорчаться, что таким хорошим ребятам так не повезло. - Малюц, я все равно тебя буду помнить. Всегда. - И я тебя тоже буду помнить. Я ведь любил тебя, Яллоа… - Я и сейчас тебя люблю, Малюц. Хоть ты и стал похож на стрекозу. - Человеку легче любить стрекозу, чем стрекозе – человека. - Ты так думаешь? - Но зачем ты такое придумала? - Ты правильно понял. Я хочу стать ученым. Для этого нужен мозг человека. И все остальное тоже. Вот я и стала человеком. - Зачем тебе это? - Чтобы… Я думала, что тебе это понятно. Ведь мы с тобой были, как две половинки одного яблока! - Думала… Я тоже думал… А оказалось – мы думаем разное. - Ладно. Теперь горевать уже поздно. Обратной дороги нет. - А можно, я иногда буду залетать к тебе в гости? - Можно. Конечно! Я всегда буду тебе рада… - Ну, прощай, Яллоа… - До свидания, Малюц! Прошло шестьдесят лет. Яллоа только что закончила пресс-конференцию, и теперь сидела в кафе за небольшим столиком, ела свое любимое пирожное «дельфин», запивала его ароматным чаем и рассеяно слушала восхищенный треп студента Кринба. За спиной была долгая жизнь: работа в Университете, брак с Радлем, пятеро детей, двое из которых стали кошками, один мухой, одна дочка стала львицей и только младшая пошла по стопам матери – стала человеком. Радль умер совсем недавно, не дожив каких-то трех месяцев до завершения их совместного труда. - Представляете, - лепетал Кринб, - теперь можно «войти в одну и ту же реку дважды»! Снова став амебой, повторить Трансформацию! Поменять облик, и прожить новую жизнь в новом теле! Яллоа, вы сделали гениальное открытие! Это перевернет весь наш мир! Фактически, мы получим бессмертие! Яллоа вспоминала Малюца. Став эльфом, он продолжал любить ее, но никакой надежды на союз у них не было. Она тоже любила его. Фактически, ее научная работа диктовалась единственным желанием – повторить Трансформацию и стать тем же существом, что и он. Не важно, что она терпеть не могла стрекоз. Она согласна была стать эльфидой, лишь бы быть вместе с ним. А вдруг, это не поможет? Ведь реализуется только самое заветное желание, Сокровенная Мечта! Да, у них с Малюцем появился второй шанс на счастье. Но вдруг и на этот раз все повториться? И Малюц возьмет себе образ человека, а она – стрекозы, и опять их брак будет невозможен… А, может, теперь он хочет стать еще кем-то, например, птицей? Она посмотрела в окно. За окном две амебы играли в мяч. А так ли уж необходим этот возврат в детство? Закон Трансформации запрещает делиться с кем-либо Сокровенной Мечтой. Менять закон никто не позволит. Тогда, как договориться с Малюцем? Да, и возможно ли это, в принципе? Яллоа допила чай и поднялась из-за стола. Кринб услужливо отодвинул стул. «Смешной он мальчишка, этот Кринб», - подумала Яллоа. Она не разделяла восторга ученика по поводу своего открытия. Ей теперь предстояло решать новую проблему. 24.01.2005 Повестка (реальная история из жизни, художественно обработанная автором) Весна 1975-ого года выдалась, на редкость, теплая. К концу апреля весь снег сошел, стала пробиваться травка, и деревья покрылись первой робкой, но пронзительно-зеленой листвой. Петр Погранзон уже полгода как работал младшим инженером на ленинградском заводе "Электросила" в небольшой лаборатории, разрабатывающей приборы для морского транспорта. Работа ему нравилась, зарплата (120 рублей в месяц) поступала исправно, и на его горизонте судьбы не маячило ни одного мало-мальски опасного облачка. На носу были майские праздники. Боевая подруга (еще с института) - Светка Рублева - позвонила в самый неподходящий момент. - Петька, куда ты собираешься на маёвку? - после дежурного приветствия спросила она. - Ну, я еще не думал об этом... - Тут такой расклад: Серега Назаренко собирает компашку - едем загород, в Бернгардовку. Будем жарить шашлыки, бухать и... веселиться, одним словом. Ты едешь с нами? - С палатками? - А как же! Не на земле же спать! У тебя, кстати, хорошая польская "брда" где-то завалялась. Четырехместная. - А как мы туда доберемся? На электричке? - Зачем же - на электричке? Будет три машины - Серега на папочкиной "волге", Стас - на "жигулях", а у Витька - новый "москвич". - Да. Везет барыгам... - Да ладно тебе завидовать! Ты за их счет жрать и пить будешь! С тебя только один толк - твоя гитара и песенки. Витек был известный фарцовщик в Питере. Стас - комсомольский вожак. А у Сереги Назаренко папаша был полковник КГБ. Ему "волга" по штату положена. - А сколько народу будет? - спросил Петя. - Человек 15. Пять девок и десять парней, включая нас с тобой. - Ладно. Я согласен! - Кто б сомневался... Ну, я звоню Сергуне. Нельзя сказать, что сие мероприятие так уж радовало Петю. Он, конечно, не прочь был поесть и выпить нахаляву, под веселые треньканья на гитарке, но у него в планах было нечто другое - как следует выспаться за эти два выходных дня - 1-2 мая - и, если все не сложилось бы иначе - всласть натрахаться со Светкой. Впрочем, перспектива предстоящего веселья, мягко говоря, не вгоняла Погранзона в депрессию. И он начал собираться... Выезд был назначен на девять утра. Собрались все на Второй Советской улице - три машины приняли в свое нутро всю шумную компанию, и кортеж двинулся в нужном направлении. Пете, как главному "массовику-затейнику" было выделено почетное место на заднем сиденье "волги" блатного Сережи, который вел папину машину весьма уверенно и аккуратно. Светка сидела рядом и несла какую-то чушь о Феллини. Словом, праздник обещал быть удачным. Когда они прибыли на место - берег небольшого озерца - солнце еще не перевалило зенит. Ну, потом было все, как обычно - большой костер посредине поляны, шашлыки на длинных шампурах, водка, и голые девки, прыгающие через огонь. Гудели два дня... Петя спел почти весь свой репертуар, в котором особенный ажиотаж вызвала песня "Хочу сидеть на пальме с любимой шимпанзой". Его талант не знал конкуренции (особенно - в их не очень большой компании бывших студентов Политеха), за что Петр был многократно обласкан всеми представительницами прекрасной части их группы, а именно: Светкой, Надькой, Катькой, Наташкой и Викой. Впрочем, другие парни тоже не остались в обиде. В общем, праздник удался! Домой все вернулись второго числа, под вечер. А еще через три дня Петр Погранзон получил повестку в милицию следующего содержания: "Уважаемый гражданин, Петр Погранзон! Просьба явиться в местное отделение милиции по факту расследования группового изнасилования, имевшего место быть 1 мая 1975 года, для дачи показаний. В случае неявки... и т.д. и т.п." Внизу стояла подпись: "Главный следователь прокуратуры Смольнинского Района города Ленинграда, Сидорчук В.В." Бланк был фирменный, с адресом отделения милиции и со всеми печатями. Дочитав повестку до конца, Петр тихо опустился на стул... Потом снова прочел. Потом опять... Ошибки не было! На горизонте замаячил "большой пушистый зверек"... Он набрал телефон Светки. - Але! Это ты, Петюня?.. - Светка только что проснулась. У нее был выходной. - Светка, это просто трындец какой-то! - голос Петра дрожал. Он чуть не плакал. - Что случилось? - удивленно спросила она. - Слушай, что мы там творили - в Бернгардовке? - А ты не помнишь? - Не... Помню: бухали, ели шашлыки, танцевали голыми... Это помню... Тебя помню - как ты сигала в неглиже через костер... - Тебя это смущает? - Слушай, мне не до шуток: пришла повестка из ментуры! - Тебе? - ДА! Мне! Просят явиться для дачи показаний. - А чего ты натворил? - Похоже, меня обвиняют в участии в групповом изнасиловании... - Шутишь, да? - Да какие шутки! Вот, у меня на руках - повестка! Пять минут назад вынул ее из почтового ящика! - Ой, ...лять!.. - Что делать? - Звони Сергуне! У него папаша гэбист... Может, разрулит как-то... - Ну да, ну да... Сережин отец большой начальник. Надо звонить! Он набрал номер Сергея. - Привет, Петя! Ты уже в курсе? - Что, и тебе пришла повестка?! - А то! Всем нашим парням! Всем! Групповуху шьют... - Что делать будем? - Не смей моему отцу говорить! Он меня убьет нахрен!.. - А как же разрулить все? - Как, как... Каком к верху! Деньги надо собирать. - Зачем? - Ты что, совсем дурак?! Дадим "следаку" на лапу - он дело и прикроет! - А много надо дать? - "Кусок", как минимум! - Это по сто "рэ" на нос? - Ну да... Нас же десять человек было... - А девки что? - А что девки?! Ничего не знают, ничего не помнят... Кто, кого и как... - Моя Светка, тоже, офигела... - И, главное, - бабы все свои в доску! Кто настучал?! - А хрен его знает... Теперь уже не важно... - Не важно... А зекам на зоне сосать - важно?! За такую статью, сам знаешь, что будет... Неделю все ходили очень грустные... Собрали деньги... Идти первым должен был Сергей. Когда вся компания (включая девок) уже проводила его до участка, и он, с толстым конвертом под пиджаком, пожимал всем руки, как перед казнью, Митя Филипов - самый тихий паренек в их компании - вдруг сказал: - Ладно! Пошутили и хватит! - Кто пошутил? - не понял Сергей. - Я! Я пошутил! - весело выкрикнул Митя. - Не было никаких повесток! Это все я написал! Написал и по ящикам вашим разнес. - А бланки откуда? - А у меня сеструха в милиции секретарем работает. Она и принесла. По моей просьбе... Шутка это была, пацаны! Прикол! - Ах, ты ггг-гггад! Сначала Митьку хотели набить морду... Но потом сообразили, что тогда их уже по-настоящему загребут в ментуру. И, в конце-то концов, - все обошлось! По этому поводу решили кутнуть, и на все собранные деньги - тысячу рублей - устроили банкет в ресторане "Астория". Вот такая вот история... 03.03.2025

А я люблю французского композитора Жан Мишель Жарра. Он пишет электронную музыку. "Кислород" - это наше все! За альбом "Кислород" Жарр в 1976-ом году был признан в США Человеком Года. Эта музыка максимально соответствует состоянию моей души. Каждый день ее слушаю. У меня дома крутые стереосистемы. В каждой комнате, а также в ванной комнате и на кухне. У меня дома более тысячи компакт-дисков с музыкой. Ну, и винил тоже есть. Но винил не может сравниться по качеству с си-ди. А колонки в гостиной (салоне, как говорят у нас на Марсе) вообще у меня офигительные. В рублях стоят более полумиллиона рублей пара. И усилок еще в четверть миллиона р. Кстати, я громко музыку не слушаю. Так что соседи не жалуются. После 23.00 только в спальне ставлю и то - очень тихо. Ну, и в кабинете могу тихонько послушать. У нас, на Марсе, с этим строго.

Ну, давай! А как? Есть предложения? Я, вообще-то, на Марсе живу. А ты - на Сникерсе. У нас орбиты разные. А звездолет улетел. Шо делать будем?

Отлично! А ты фертильного возраста?

Фонька идентифицирован. Больше не общаемся.

Ты подожди торговаться! Ты еще не ответила на мой вопрос: детей делать будем? За верой - это к батюшке...

Это мои работы. Мною написано более 150 рассказов в различных жанрах - в основном, фантастики. Вышло три сборника рассказов. Были публикации в московском журнале "Техника - Молодежи". Регулярно публикуюсь в журнале "Млечный Путь". Побеждал на конкурсах фантастов. Какие проблемы?

Вообще, не похоже, что Глафира "послечлена". После хорошего члена, женщина, как правило, добреет и не исходит на говно на форуме. Она лежит счастливая и умиротворенная. Тут же мы постоянно наблюдаем пышущую злобой фурию, которая постоянно всем доказывает, какая она невъебенная. Внимание вопрос: "А БЫЛ ЛИ МАЛЬЧИК?" Так я по-русски пишу! И говорю по-русски.

А чилаут - это на каком языке?

А! Я понял! Когда женщина "на чиле" - это значит, что она в Чили после члена.

Также, как и тебе.

А на чиле - это как? Это как на члене?

Еще из моего творчества: Единожды продав... Петр Петрович Петров был одинок. После развода с женой и раздела их совместной квартиры, он оказался в небольшой комнате в коммуналке с окнами на Неву и вечнопьяными соседями-белорусами, приехавшими в Питер на заработки. Сам Петрович был давно на пенсии – полковник в отставке, с хорошей подработкой охранником в ресторане. Едва наметившееся брюшко и седые волосы не очень портили его мужественную внешность, но после всей этой канители с бывшей женой, он дал себе слово больше серьезных отношений с женщинами не заводить. Так и жил – летом ездил на дачу к старикам-родителям, зимой ходил на лыжах и катался на коньках. Собирал почтовые марки. Ходил в кино. Смотрел телевизор. Не пил. Не курил. Вел здоровый образ жизни. Но что-то ему все-таки не хватало! В тот день был сильный мороз. Только отгудели новогодние праздники, народ постепенно приходил в себя после бодуна, а Петрович – трезвый и бодрый – шел домой с работы. Давно уже стемнело, улицу освещали яркие галогеновые фонари, падал мелкий снежок… Его внимание привлек маленький черный предмет рядом с мусоркой… Сначала он хотел пройти мимо, но, подойдя ближе, разглядел, что кем-то оброненная или выброшенная вещица была довольно забавной на вид. Он остановился… Поддел ее ногой… - Ух, ты! – воскликнул он. – Клевая фигня! Нагнувшись, Петров поднял черную статуэтку. Она изображала черта. Но, как она была исполнена! Размером с брелок для ключей, чертик был вырезан из дерева и покрашен черным лаком. Только глазки у него были красные. Ух, какие глазищи! Он оттер ее от снега и положил в карман. Всю дорогу домой у него было прекрасное настроение. Войдя в квартиру, Петр снял шубу в прихожей, переодел унты на домашние тапочки и тихо, чтобы не разбудить спящих соседей, прочапал в свою комнату. Потом достал из кармана брюк находку… - Ах, и славный чертяка! – тихо сам себе сказал он, любуясь своим новым приобретением. Он аккуратно поставил игрушку на стол и переоделся во все домашнее. Есть он не хотел – в ресторане его всегда кормили «отпуза» – чего-чего, а жратвы они ему не жалели. Спать не хотелось. На часах было полпервого ночи. Петрович сел на табурет и стал вертеть в руках найденную статуэтку. - Кольке бы он понравился, - сказал он тихо. – Сын любит такие штучки… Жаль, эта «сука» не дает с ним видеться. Настроила пацана против меня – и хоть тресни! Петров сходил на кухню и принес чайник с водой. Включив его в розетку, он вскипятил себе чайку и стал его пить маленькими глотками, смакуя аромат напитка. - Как же мне тебя назвать? – спросил Петр. - Федей меня зовут! – вдруг услышал он. - Что?! – мужик, аж, подпрыгнул от удивления. - Я говорю: Федором меня звать! Петров вскочил, схватился за голову, испуганно огляделся… Кроме него и «черта» в комнате никого не было. Он открыл дверь, заглянул за нее – никого… - Петрович, не дрейфь – это не глюки! - А?! Что?! - Да это я, чертик. Спасибо, что подобрал меня! Буду теперь у тебя жить… - Я же… Я же трезвый!.. - Ну, трезвый… А что?... - Откуда голос?! Свихнулся старый! Шизуха! - Никакая у тебя не шизуха! – обиделся «черт». – Не гони порожняк! Полковник подскочил к столу, схватил статуэтку и замахнулся ею, намереваясь тут же разбить злополучную игрушку о каминную плиту. - Петя, ты афигел?! – заорал «черт». – Что я тебе плохого сделал?! А ну – полож на место! Петр остановился и испуганно посмотрел на статуэтку. - Я говорю: поставь меня на стол сейчас же! И не дури! Я тебе еще пригожусь!.. - Свят, свят, свят… - забормотал бывший закоренелый атеист. Положил «черта» на стол… - И зови меня Федей. Друганом твоим буду. Не боись! Бог не выдаст, свинья не съест! - Господи помилуй! – стал креститься Петрович. – Спаси и сохрани! Спаси и сохрани! - Господь тут совершенно ни причем… - с досадой пробормотал «черт». Петров стал нервно ходить взад-вперед по комнате, из угла – в угол, из угла – в угол… - Ну, успокойся уже, Петя! Чего за нервы такие! Вон, пойди, допей свой чай! Остыл уже давно… - Да заткнись ты уже! – вдруг рявкнул полковник. - Ну, ладно… Молчу… Молчу… Петрович еще походил по комнате… Статуэтка молчала… Он подошел к столу. Взял в руки «чертика», повертел его, внимательно рассматривая… А, вдруг, в него встроен динамик?.. Вроде, нет… Он осторожно поставил игрушку обратно на стол… Опять сделал несколько кругов по комнате… - Федя?.. - Ну… - А как ты говорить умеешь? - А вот так и умею… - Ты волшебный, что ли? - Ну, волшебный… А что? - А что ты еще умеешь? - Больше – ничего! - А желания ты, часом, не исполняешь?.. - Нет. Желания – не… Ни часом, ни минутами… Только говорить. - Жаль… - А что бы ты пожелал, если бы я мог исполнить? - Да ничего мне не надо… Квартиру бы получше… А то эти алкаши с Белоруссии… Не люблю алкашей… С детства их не люблю… - Я тоже… Мой отец тоже очень пил… - А что, у тебя отец есть? - Был. Помер уже. Два года назад – напился и замерз в сугробе… Обычное дело! - Да, как же это! Разве черти пьют?! - А с чего ты взял, что он чертом был?.. - Так, кем же ему еще быть, если сын у него черт! - Я не черт! Я - СКУЛЬПТУРА черта! Деревянная скульптура. Как Буратино у Папы Карло. Вот, для меня мой отец – это, как Папа Карло для Буратины. Он меня из дерева вырезал, покрасил, покрыл лаком, все чин-чинарем! - А, ты в этом смысле!.. Тогда понятно. А как его звали? - Сергей. Сергей Анатольевич Воробьев. Бывший столяр-краснодеревщик. Мастер «золотые руки». - А Федей он тебя назвал? - Он самый… - А говорить тебя кто научил? - Он и научил. А в чем проблема? Ты чем-то недоволен? - Да нет… Все нормально так… Забавно только очень…. - Ага! Обхохочешься просто! - Хе-хе… - Петрович налил себе новую кружку чая. – Бывают же чудеса на свете! - В нашей жизни все бывает, даже кочерга стреляет!.. - А ты, Федор, я смотрю, весельчак! - А то! - Скажи мне, Федя, а вот как ты там, у мусорки-то, оказался?.. - Да выбросили меня! Я уже с десяток раз из рук в руки перехожу! Как начну говорить, так меня сразу – в окно! Люди – дураки! - Дураки, все дураки! - Но ты, Петрович, не такой! - Не… Я не такой… - Ты хороший мужик, Петрович! - Правда?.. - Нет – «Известия»! - Шутник, ей богу шутник… - Уж, какой есть… - А сколько тебе лет, Феденька? - Лет двадцать уже будет… - Ого! Большой мальчик… А мне вот неделю тому назад «полтинник» стукнуло… Сын в армию пошел… - Жена не дает с сыном видеться? - Не дает… Против меня его настроила… - Может, бабу тебе надо завести новую? - А, нафига?! Мне и так хорошо… Они проговорили до самого утра… Под утро, еще до рассвета (в Петербурге зимой светает поздно), Петр лег спать. Спал он хорошо. Во сне ему «черт» Федя объяснял теорему Ферма. Петя ничего не понял… Проснулся он после захода солнца. Хорошо выспался. Сегодня у него выходной. Банный день. Петр бодренько вскочил с постели и… вдруг увидел на столе вчерашнюю статуэтку! Так это был не сон… Ага! - Доброе утро, Федя! – весело гаркнул он. - Чего орешь? – Федя не спал. – Доброе утро. И в самом деле – доброе! Только уже не утро, а вечер. Даже, ночь… - А ты че, и высшую математику знаешь? - Ничего я не знаю! - А мне приснилось, что ты мне теорему какого-то Ферма объяснял… - Ну, мало ли, чего приснится! - Ну, да… Ну, да… Петров сходил в туалет, потом принял душ – помылся с мылом и мочалкой, а потом еще и контрастный! Вымыл голову, побрил лицо и лысину… Нормально все! Потом – завтрак. Яичница с колбасой. Кофе с молоком и пирожным. Петрович любил сладкое… Вернулся в комнату. - Федя, пойдешь со мной прогуляться? Погода хорошая! - Пойду. Чего не пойти?.. - Ну, вот… Прогуляемся, поговорим за жизнь, да?.. - Ага. Надень только наушник «вай-фай»! - А это еще зачем? - Чтобы люди не подумали, что ты свихнулся – сам с собой разговариваешь. - А это идея! Они вышли на набережную. В этот час на Синопской никого не было. Потрескивал снег под унтами, холодный, морозный ветер обдувал лицо, но Петру Петровичу Петрову это не мешало – он был счастлив! Во, другана себе нашел! Душа, а не черт! С ним обо всем можно было поговорить: и о бабах, и о работе, и о политике. Толковый чертяка! И, вот ведь, что хорошо: и не спорит с тобой вроде, а мозги капитально прочищает! Нева покрыта льдом, все замерзло. Парапет занесло снегом, и только маленькая тропка протоптана, аж, до самого моста Александра Невского! Так и пошло. Работал Петров через день. Военной пенсии ему хватало и так, но лишняя денежка никогда не помешает. Тайно он лелеял мечту купить себе подержанную иномарку… Каждый выходной Петр проводил со своим новым другом. Федя был прекрасный собеседник! И, даже, иногда давал дельные советы. Так, например, он отговорил полковника вложить деньги в акции, что ему настоятельно советовала его «банкирша», и, - слава богу, что он его послушался! – просто закрыл деньги на депозит. Через месяц эта компания обанкротилась, и акции, что ему навязывала служащая банка, обесценились. На радостях, Петр Петрович купил своему Феде красивый кукольный домик и поставил его на каминную полку – теперь его «чертик» жил там. Шли дни, недели, месяцы… Наступило лето… Однажды, в очередной выходной, к нему на кухне подошел сосед Миша. Он был на двадцать лет старше Петра, годился ему в отцы. Они не очень ладили. Хоть Михаил и не пил, но характер имел скверный и склочный. Вечно был всем недоволен и зол. Тоже бобыль, как и Петр, только очень озлобленный бобыль… - Слушай, Петруха, - издалека начал Мишаня. - Ну… - Ты это с кем по ночам все время разговариваешь? Да и днем, когда не спишь – тоже… - Это я по мобильнику с приятелем гутарю… - Ой, не ври, сосед! Ой, не ври! - А чего врать-то? Приятель у меня новый появился. Тоже - охранник. Бывший генерал. Хороший парень! - Харэ врать, Петров! Нет у тебя никаких друзей! Ты свихнулся, просто, на старости лет! - Ничего я не свихнулся!.. - А я говорю, что ты сам с собой разговариваешь! - С чего ты взял? - А с того! Раньше я и сам думал, что ты по мобиле трындишь, а раз смотрю – «самсунг» твой на кухне, ты – в комнате, а разговариваешь! Мне через стенку все слышно! Перегородки тут картонные! - Да, ладно тебе… - А ну колись! «Голоса» у тебя, да?! - Нет у меня голосов! - А с кем говоришь тогда каждый день?! Вот смотри – доиграешься – вызову «скорую», тебя повяжут и в психушку отвезут. - Да, нормальный я! Просто… - Что – «просто»?.. - Да, ты все равно не поверишь!.. - Поверю! Если ты докажешь! - В общем, я нашел на улице забавную вещицу… - Что за вещица? - А хрен ее знает! Говорит, ее какой-то мужик сделал… - Кто говорит?! - Вещица эта! - Как это «говорит»? Это что, гаджет какой-то? - Нет. Статуэтка. Деревянная. Чертик такой, черный… С красными глазками… Маленький… Как брелок для ключей… - И разговаривает?.. - Ну, да! - А ну, тащи его сюда! - Зачем? - Хочу посмотреть, как он разговаривает! - А смеяться не будешь? - А это уж как получится… - Тогда - не покажу. И вообще. Федя - мой друг. - Это кто - Федя? - Черта этого так зовут. Федей. - Ты точно свихнулся! - Пошел в жопу, понял?! - Да я сейчас тебя в психушку сдам! На раз! У тебя же крыша едет! - Ничего у меня не едет! Он разговаривает! Я не придумываю! - Вот и принеси его! – Я тоже хочу с ним поговорить! Какие проблемы?! Если он такой весь волшебный, так – давай! Как говорил Якубович: «Приз - в студию!» - Вот, старый козел! Ладно! Сейчас принесу Федю! Только сам потом от страха не обделайся! - Ха! Напугал кота сосиской! Давай, неси своего «черта»! Петров сходил в комнату и принес «чертика»… - Это и есть твой Федя? - Да. - Забавная игрушка! И что, он, и в самом деле, разговаривает? - Представь себе! - Ну, спроси у него чего-нибудь! - А чего спрашивать? - Что хочешь! Например, который сейчас час… - Федя, сколько времени сейчас? – обратился Петя к статуэтке. - Ну? – спросил Михаил. - Что, не слышал? - Нет… - Да он меня на..уй послал! - Куда послал?.. - На..уй! - И почему ты все еще здесь? Послали – так иди! - А по мордам давно не получал, а Мишаня? - Во-во… Самое время в психушку ехать… - Слушай, знаешь что? – Петров вышел из себя. – Я тебя не трогаю, и ты меня не трогай! - Но у тебя, же, глюки! - А ты разве не слышал, как Федя матерится?! - Нет, конечно! - А я прекрасно все слышу… Он совсем разозлился… Говорит, что я нас обоих подставляю… - Да, приятель… Тяжелый случай… - Неужто я и, в самом деле, «поехал»?.. - А я о чем тебе толкую! Завтра дуй к психиатру! Пока не поздно! - Стремно, как-то… Ни с того, ни с сего – и свихнулся… - Всякое, брат, бывает… - Ладно. Ты никому не говори, хорошо? Ну, чисто по-человечески, а, Мишаня?.. - Хорошо. Я никому не скажу. Но лечиться тебе надо… Факт! - Пойду к себе. Обмозговать это все надо… - Иди, иди!.. Петр Петрович вернулся в свою комнату. Поставил «чертика» на каминную полку. Задумался… - Эх, дурак ты, Петя! – вдруг услышал он. Полковник с тоской посмотрел на статуэтку. - Я же тебе говорил: не показывай меня никому! Умолял тебя! Клял всем святым! А ты!.. - Ну, что, я?! Что, я?! Я же не знал, что так все получится… - А я, ведь, тебя, кретина, предупреждал, что меня может слышать только мой ХОЗЯИН, и никто другой! То есть – ты меня слышишь, а другие – нет! А ты, придурок, мне не поверил! Кретин! Чертов кретин! - Прости меня, Федя! - Да, чего уж там!.. - Слушай, а если бы я себе бабу завел, она тебя тоже не слышала бы? - Баба – другое дело. Женщина – это член семьи. Свой человек. Тут должна быть тонкая духовная связь, фирштейн?!. - А сын мой тебя бы услышал? - И сын бы услышал. А, вот, бывшая твоя – уже нет! - Фигасе! Это, ж, кто такое придумал? - А я знаю?.. Кто-то придумал… - И что теперь? - Ничего. Живи, как жил! И больше таких глупостей не делай! - Ну, постараюсь… Тут в дверь постучали. - Кто там? – спросил Петрович. - Петя, это я, Миша… - Заходи! Михаил медленно, бочком и озираясь вошел в комнату. - Все с чертом разговариваешь? - С ним… А чего ты подслушиваешь?! – взвился Петр. - Да как же не подслушивать, когда ты во весь голос трындишь! - Федя сказал послать тебя на йух! - А что он еще говорит? - Говорит, что ты лезешь не в свое дело. - Да, и в самом деле… Кабы ты мне спать по ночам не мешал… Своими разговорами с чертями… - А когда ты со своей дочкой по телефону целый час говоришь – мне ничего, нормально, да?.. Ты, же, с ней по стационарному разговариваешь. Мобилы у тебя нету! На всю квартиру разговор! Забрал бы ты телефон из коридора к себе в комнату, что ли?.. - Слушай, а давай я у тебя этого Федю куплю?.. - То есть как это? - Ну, так! – Михаил достал из кармана пачку денег . – Тут десять тысяч рублей. Я тебе - деньги, а ты мне - черта! - Ты офигел? - А че? Нормально все! У тебя шиза пройдет, а я его внуку подарю. Двух зайцев одним выстрелом! - Иди, Миша, иди! А то Федя сердится! Я за всю жизнь столько мата не слышал, сколько Федя выдал за последние пять минут! - Даю двадцать тысяч! - Пошел вон! - Вот! Сто тысяч налом! Держи! А то сейчас же «скорую» вызову! Клянусь! Сосед положил на стол толстую пачку денег. - Ладно! Черт с тобой! Забирай его нафиг! Петр Петрович отвернулся. На глазах его были слезы… - Да! Теперь черт со мной! Фееееедя… - Михаил судорожно засовывал статуэтку в карман штанов. Когда дверь за стариком закрылась, Петров разревелся в голос… Он бросился на кровать и зарылся в подушку… Даже, когда в Чечне у него на глазах убили его лучшего друга Костю Коромыслова, он не плакал так безудержно и безнадежно… Ночью он проснулся от страшного крика из-за стены: - …ять! …ука! …адла! …ый… …от! – слышал он вопли соседа. Полковник вскочил с постели, и мигом бросился в соседнюю комнату. Михаил Смирнов сидел на полу и трясся мелкой дрожью. Он обхватил голову руками и ругался «на чем свет стоит»… - Что случилось? Что с тобой? – Петр помог старику подняться. - Он… он… Он, и в самом деле, говорит!.. – сосед дрожащей рукой указал в сторону стоящей на столе статуэтки-Феди. - И что он говорит? - А ты, разве, не слышишь?!. - Нет… Теперь – нет… - Аааа-ааа! Он матерится! Забери! Забери его у меня! Сейчас же забери!!! - Да нет проблем! Только денег я тебе уже назад не верну… - Не надо денег! Забери обратно этого черта! Забери его, ради бога! - Все, все… Ну, пошли Федя домой! - А! – завопил Федя. – Предатель! Продал меня этому старому идиоту! Подонок! - Ладно, ладно, не ругайся!... - О! Ты его слышишь опять? – насторожился старик. - Слышу… - А я – нет!.. Слава богу! Ой, господи Иисусе! Страсти-то какие! Ой, вот, уж, кошмар, так, кошмар! Все! Уходите! Уходите оба к чертям! - Все, все! Уже ушли… Петр был счастлив! Всю оставшуюся ночь он просил у черта прощения. К утру, Федя его простил… Деньги Михаилу полковник так и не вернул. По совету того же Феди, снова положил их на депозит. Прошел месяц. Наступила осень… Сентябрь месяц в Петербурге – хорошее время года. Особенно, если ты не один. А Петр Петрович Петров теперь был не один: черт Федя жил в маленьком домике на каминной полке в комнате полковника, и тому уже начало казаться, что это совсем не черт, не кукла, не игрушка, а живой человек, который стал ему, все равно, как родной брат… Утром, за завтраком, к нему подошел все тот же сосед Миша Смирнов. Подошел… Достал из кармана пачку денег и положил их на стол. - Что? – не понял Петров. - Продай Федю! - Чего-оо?!. - Христом Богом прошу: продай мне своего черта! - Зачем он тебе?.. - Надо. Не могу больше один. Одиночество заело. Старый я. Никому не нужен. Дочка в Израиль уехала. С мужем и внуками. Один я теперь, как перст! - И что теперь? Хочешь себе говорящую игрушку? - Хочу! Ну, пожалуйста! - Сколько здесь? – спросил полковник, пересчитывая наличные. - Двести тысяч рублей. Как с куста… - Мало… - Побойся бога! - Какой бог, когда ты черта у меня покупаешь?! - Ладно. Тогда вот еще – это сверху! Старик положил на стол монету. - Это золотая сторублевка! В честь «Олимпиады-80» была выпущена. Редчайший коллекционный экземпляр! Сумасшедших денег сейчас стоит… Петр взял монету… - Тяжелая!.. - Чистое золото высшей пробы! - О кей! Договорились! Беру! Сделка состоялась. «Ничего, - думал Петров поначалу, - скоро он опять в истерику впадет от страха, и вернет мне Федю! А я ему – шишь с маслом! Заберу Федю и все… До следующего раза… Так и будем этого чудака на букву «м» доить…» Деньги опять легли на депозит, а монету Петр спрятал в камине – прямо в дымовой трубе. Прошел день… Все тихо… Потом, неделя прошла… Полковник взял на кухне стакан и приставил его к стене, приложив к нему ухо. Ему не терпелось услышать, разговаривает ли сосед с чертом или нет… Ничего…Тихий полушепот… Вроде, говорят они о чем-то, но очень тихо… Через две недели Петр постучался к старику. - Войдите! Он вошел. Михаил сидел в кресле и читал газету. На полке серванта стоял Федя… - Ну, как? - спросил полковник соседа. - Что – «как»? – не понял тот. - Ну, как? Общаетесь? - Общаемся… - И… Нормально все? - Все нормально. Твой Федя - классный парень! Я его высшей математике учу. Недавно теорему Ферма объяснил. Он все налету схватывает, прикинь! Смирнов был раньше преподавателем университета. Его выгнали после протестов против войны на Украине. Выставили его на пенсию. За пацифизм, так сказать… - И тебе не страшно?.. - Нисколечки! Можно сказать, сынок у меня появился! Правда, Федя?.. – Михаил Геннадьевич подмигнул статуэтке. - Что он ответил? - Ответил, чтобы я тебя, козла, гнал отсюда… - Вот, гад…. Быстро же он «переобулся»… - Сам виноват. Пожадничал. Жадность фраера не любит. Жадность фраера погубит! - Да ладно, ты! – Петр с досадой махнул рукой. - Кстати! Мы с ним разработали классную стратегию игры на бирже. Почти беспроигрышную. Я уже заработал кучу денег. Скоро от вас съеду. Квартиру себе новую купил. В Девяткино. Шестикомнатную. - Врешь! - Не хочешь - не верь… - Это, ж, надо же! - Вот видишь! Так что – все окупилось! А ты этой моей монетой золотой можешь подавиться! У меня еще одна такая есть! Петр развернулся по-солдатски и вышел из комнаты. - Лох! Чертов лох! – полковник ходил по своей комнате, наворачивая круги, и хлопал кулаком о ладонь… - Это, ж, так лохануться! Вот, я дурак! Через пять минут он вернулся в комнату соседа. - Значит, так, Михаил Геннадьевич! Я вам предлагаю вернуть вашу коллекционную монету и еще пять миллионов рублей сверху, а вы мне возвращаете Федю! - Чего-то маловато предлагаешь! Каких-то жалких пять миллионов… - Это все, что у меня есть! - Федя говорит, что ты очень дешево ценишь его дружбу… - Заткнись, сука!!! – заорал полковник. Он уже полностью потерял самообладание. Старик-сосед медленно потянулся за бейсбольной битой, лежащей в углу, но Петров его упредил… Не зря он воевал в Чечне и других горячих точках… Его удар был смертельным. Он еще не осознал до конца, что сотворил, но чертик уже был в его потных ладонях… Полковник быстро перенес его в свою комнату. Потом начал паковать вещи… Арестовали его, аж, в Архангельске. По общегосударственному розыску. На следствии он нес что-то совершенно невразумительное. Психиатрическая экспертиза установила его невменяемость… Прошло пять лет… Петр Петрович Петров до сих пор живет в закрытом медучереждении тюремного типа. Живет тихо, никого не трогает, получает необходимое лечение. Иногда, он достает из кармана своей пижамы маленькую черную статуэтку чертика и пытается с ней разговаривать. Но чертик молчит… 12.01.2024 Бесплатный сыр "Бесплатный сыр - только в мышеловке!" - Это работает! - закричал Эдик с порога. - Слышишь, брателло?! Я уже начал получать дивиденды! - И много ты получил? - Навроди-старший недоверчиво посмотрел на брата. - Сто процентов! Прикинь? Мне вернулась вся сумма! А ведь не прошло и двух месяцев! - Хм... - Олег почесал затылок. Все это выглядело очень соблазнительно. - И что, эти стрекозы с Сириуса в самом деле... - Они платят! Понимаешь? Реально платят! - Где-то тут подвох... Все это так смахивает на лохотрон... - Но это работает! - как заклинание повторял Эдуард. - Лохотрон тоже работает. - Но это работает! - Да чего ты заладил: "работает, работает"! Работать надо, а не халявы искать! - Ха! - воскликнул брат. - Честный труженик нашелся! А кто совсем недавно торговал ваучерами? Еще песенку распевал: "Если б знали вы, как мне дороги подмосковные ваучера!" - Ну и что? Я же их не воровал! Скупал и продавал. Какие проблемы? Честная торговля! - Честная?! С тремястами процентами прибыли... - Все! Свободен! - Да пошел ты! - Эдик развернулся, стремительно вышел из комнаты и захлопнул за собою дверь. Олег сел за свой письменный стол и достал записную книжку. Идея легкой и быстрой наживы не шла у него из головы. Он подсчитал, что, рискнув сотней-другой долларов, через пару лет он заработает больше ста тысяч "зеленых". "А! Была-не-была!" Олег Навроди достал из кармана пиджака стольник и пошел к офису "Артемиды". Гигантская голубая стрекоза, с огромными сетчатыми глазами и тонкими перепончатыми крыльями сидела за прилавком. К ней стояла большая очередь. Спросив, кто последний, Олег терпеливо стал ждать. Через час он уже выходил из помещения, прижимая ватку к проколотому пальчику и держа в другой руке заветную пачку акций, в количестве десяти штук. Десять баксов каждая. "Вот варвары! - думал Навроди. - Какая идиотская процедура - расписываться кровью! Прямо, Фауст какой-то! С Воландом в придачу..." Навстречу ему попался Васька Нукнов, бывший одноклассник. Увидев ватку на пальце, он сразу обо всем догадался. - Поздравляю! - язвительно сказал он. - Нашего полку халявщиков прибыло! И Васька потряс в воздухе еще большей пачкой акций со стрекозами на глянцевой поверхности. - Слушай, Васек, - спросил робко Навроди, - а они че, каждый раз так пальцы колоть будут? - Не! Это только в первый раз так. Дальше "усе будэ отомотычно и бэз промаху"! Гы!.. Когда Олег пришел домой, то увидел там Эдика с сияющей физиономией счастливого человека. Похоже, тот первый раз в жизни был настолько счастлив. - Ты чего такой довольный? - спросил его брат. - Вот! - тот открыл толстый чемодан. Чемодан был доверху набит акциями "Артемиды". - Откуда? - удивился старший. - Откуда, откуда! От верблюда! Точнее, от стрекозоидов, наших братьев по разуму! - Ты что, их украл? - Зачэм абыжаеш, дарагой! - с кавказским акцентом проговорил Эдик. - Где взял столько, я спрашиваю?! - повысил голос Олег. - "Где взял, где взял?! Купил! - где взял..." - процитировал старый анекдот брат. - На какие шиши? - Ну, какие шиши в нашей глуши?.. Рубли, разумеется! Они рубли тоже принимают. Миллион рублей - словно воробей - чирик - и нету! - Ты точно с приветом! - ему в рифму ответил старший Навроди. - Да и ты, тоже, я смотрю... - подмигнул ему младший брат, взглядом указывая на ватку. Олег с остервенением отодрал ее от пальца и выбросил в мусорное ведро. Чтоб глаза не мозолила. - Ладно, брателло! - Эдик не хотел ссориться. - Давай, что ли, обмоем это дело? - и достал из кармана пальто "маленькую". Навроди-старший посмотрел на водку, облизнулся и полез в шкаф за рюмками. Вскоре оба брата уже весело распевали: "Нам песня строить и жить помогает!.." Прошло два года. Олег проснулся рано. Настроение было отличное. Сегодня он собирался реализовывать все свои акции "Артемиды". Дело пахло шестизначной суммой в долларах. Но сначала надо было пописать. Ну, понятно... С этого начинается каждый день любого человека... Олег Навроди зашел в туалет и достал болт. Именно это было в его трусах. Болт был большой. Сантиметров двадцать. Таким можно было только гордиться. И резьба у него была хорошая. Блестящая, такая, резьба... Никакой ржавчины! "Господи!" - ужаснулся он. - "Я - РОБОТ!" Да. На него из зеркала смотрел железный человек. Робот. В него он превратился за одну ночь. Навроди заметался по квартире. "Какой кошмар!" Он не знал, что делать! Наспех натянув на себя одежду (хотя, роботу одежда была уже не нужна) он выскочил на улицу. На улице было полно народу. Роботов. Кругом роботы! И ни одного живого человека! - Граждане россияне! - раздался голос в репродукторе. - Цивилизация Сириуса предлагает вам сотрудничество и дружбу! Теперь вы будете жить вечно и счастливо. От вас требуется только беспрекословное выполнение наших приказов. Вы дарите нам вечный труд, мы вам - вечную жизнь. Просим вас проследовать на наш корабль! Навроди хотел закричать, но понял, что теперь не может говорить. У него даже не было рта! "Мы не рабы... - вертелось в его мозгу. - Рабы немы!" В Древнем Египте рабы строили пирамиды для фараонов. Теперь он тоже стал рабом. И повинуясь своему телу, вдруг ставшему послушным чужой воле, Олег Навроди последовал к огромной пирамиде-звездолету, видневшемуся из-за крыш домов. Он маршировал в колонне таких же роботов молча и обреченно. В мозгу играл фашистский марш "Хорст-Унд-Вессель" так замечательно исполняемый советским военным оркестром: "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!.." Видимо на эту волну был настроен радиоприемник робота, в оболочке которого он теперь был. Вдруг, на картинку бытия, теперь уже не столь радостного, наложилась другая картинка. В ней он разобрал схему. Схему того, как он стал роботом. На листе бумаги, к которому он прикладывал ранку на пальце, чтобы расписаться, инопланетянами были посеяны споры нано-роботов. Проникнув к нему в кровь, они размножились в его организме, после чего, за одну ночь, полностью перестроили его, оставив живым только мозг. Все остальное было заменено на искусственные материалы и сталь. Сталь была взята с ближайшего завода, который приобрела корпорация "Артемида" на деньги акционеров. Там же были созданы оболочки для роботов с помощью других умных машин, прилетевших на Землю вместе со стрекозоидами Сириуса. ИМ нужен был мозг человека. И ОНИ его получили. В избытке. Теперь они улетали. И забирали свою добычу... Навроди не хотел быть роботом. И не хотел улетать. Но он был рабом своей оболочки! Последним усилием воли он сделал попытку остановиться и... Проснулся! - Слава Богу! - воскликнул Олег Навроди. - Это был только сон... А забавные эти стрекозоиды были во сне! Голубенькие такие. И звездолет их, в виде пирамиды... Пирамида... Да... Приснится же такое! Он подошел к зеркалу. На него смотрел симпатичный смуглый мужчина, лет тридцати, с пышной шевелюрой, рельефной мускулатурой и мужественным выражением лица. - Ха! - сказал он себе. - А ведь это идея! Тут же набрал телефон своего брата Эдика. - Слушай, братан! - сказал он. - у меня вот такой созрел план... Мы обещаем семьсот процентов годовых. Акционеры подписывают бумагу о доверии. То есть все держится на честном слове. "На честном слове, и на одном крыле!.." - пропел он слова известной песни. - И что? - не понял его Навроди-младший. - А то! - воскликнул старшой.- Раскручиваем финансовую пирамиду, и через пару лет сматываем удочки. Ведь у нас все на доверии... Сечешь?.. - Вроде... Я же Навроди! - Молодец! Кстати... Компанию думаю назвать АО ННН. - А третьим кто будет? - А, Васька Нукнов! У него "бабки" есть. Акционерное Общество Навроди-Навроди-Нукнов. АО ННН. Гадидзэ? - Гадидзэ! "Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!.." - запел Олег Навроди, положив трубку телефона, и пошел в туалет. Пописать... 3.08.2008

Дело пахнет вялотекущей шизофренией... Какой небывалый полет фантазии вызвало у форумчан мое восхищение обычным пушистым котенком!

Да. Широта ваших интересов хорошо проявляется в манере общения на этом форуме и подтверждается выражением лица на вашей аватарке. Судя по тому, что ты не вылазишь с этого форума сутками - ты, безусловно, чертовски востребована!