Человек Разумный, познай Самого Себя

[Дмитрий Гордеев]

 

Для того, чтобы приобрести Разум, человек должен познать Самого Себя.

 

Карл Линней дал следующее наименование представителям нашего вида:

 

"Человек Разумный, познай Самого Себя".

 

Последующие ученые отбросили вторую часть фразы и все люди стали "разумными".

 

Также и Чарльз Дарвин пришёл к выводу, что психика человека не имеет качественного отличия от психики животных, а только количественное. При этом он говорил о среднем человеке.

 

Кино. Муравейник.

[Latird7]

Если упоминаете Дарвина, то хорошо б ссылаться на цитаты. И на их контекст.
Вероятно, речь идет об инстинтивном соответствии многих ролей в группе и природе, например, вопросы доминирования.
Человек - животное, это так. Его нейрофизиологические процессы сложнее, но тот же вирусологический и биохимический принцип всех процессов нервной системы.

вирусологическая теория эволюционных мутаций вытесняет в данный момент теорию солнечных вспышек, но точнее - расширяет.

[Дмитрий Гордеев]

 

Также и Зигмунд Фрейд написал в своей книге "Введение в Психоанализ".

 

«Согласно первому коробящему утверждению психоанализа, психические процессы сами по себе бессознательны, сознательны лишь отдельные акты и стороны душевной жизни».

 

Чарльз Дарвин сказал следующее:

 

«Как бы не было велико умственное (интеллектуальное) различие между человеком и животными оно только количественное, а не качественное».

 

 

С точки зрения древней философии средний современный человек — это животное лишённое перьев.

Так определил человека Платон, утверждающий, что душа человека, искони была крылатой. (Ср. Платон. «Федр».)

 

"Спартанцу Хилону приписывался ...расширенный вариант высказывания: «Познай Самого Себя, и ты познаешь Богов и Вселенную»[3].

 

Смысл фразы оставался загадочным для современников и вызывал множество толкований. Так, в платоновском диалоге «Хармид» афинянин Критий высказывает мысль, что фраза «Познай самого себя», обращённая Богом к посетителям Храма, должна заменять собой обычное приветствие «Здравствуй»; Бог, таким образом, считает Самопознание более важной вещью, чем здоровье[2].

Особое значение фразе «Познай Самого Себя» придавал Сократ. В утраченном диалоге Аристотеля «О философии» сообщалось, что эта надпись, прочитанная в дельфийском Храме, послужила толчком к философским занятиям Сократа[4]. В диалогах Платона Сократ неоднократно обращается к этой теме. Рассуждения на тему «Познай Самого Себя» можно найти в диалогах «Хармид» (164D), «Алкивиад I» (124A, 129A, 132C), «Протагор» (343B), «Федр» (229E), «Филеб» (48C), «Законы» (923A) и др. 

 

Особенно подробно тема самопознания обсуждается в диалоге «Алкивиад I». Здесь Сократ задаётся вопросом, что такое сам человек, и приходит к выводу, что человек есть не тело и не целое, состоящее из тела и души, но именно душа. Ход мыслей Сократа таков. Во всяком ремесле мастер и инструмент, которым он пользуется, не тождественны друг другу. Так, сапожник пользуется резаком, ножом и другими инструментами, значит, сам он не есть ни нож, ни резак, ни какой-либо из других инструментов. Но сапожник пользуется не только инструментами: он пользуется также своими руками, глазами и прочими частями тела; стало быть, он не есть также руки, глаза или какая-либо из этих частей. Но это ещё не всё: ведь человек пользуется не только руками и глазами, но и всем своим телом. Следовательно, человек и тело, которым он пользуется, не есть одно и то же. Что же такое сам человек? Сам человек, утверждает Сократ, есть именно то, что пользуется телом, а то, что пользуется телом, мы называем душой. Итак, человек есть душа, управляющая телом, как своим инструментом;а значит, Бог, призывающий его познать самого себя, призывает его познать свою душу".
(Википедия.)
 

[botsman]

Я думаю не только в количестве нейронов дело. Есть множество примеров, когда после операций в связи с травмами удалялось большая часть мозга, иногда до двух третей его количества, но при этом интеллект у людей нисколько не снижался. Американский биолог Карл Саган связывает мыслительную способность человека с однажды приобретённым умением абстрагировать, что само по себе (абстрагирование) является отклонением от естественной физиологии высшей нервной деятельности живых существ. Он допускает мысль, что это могло произойти на определённом историческом отрезке, в результате целенаправленного вмешательства на нервную систему, возможно даже искусственного влияния на организм будущего человека каких-то токсических веществ, (не алкоголя ли?) Эти отклонения могли привести к мутациям и передаваться потомству. В дальнейшем человек мог научиться (Саган не исключает — с чьей-то помощью) применять это отклонение и связанное с ним умение для своей пользы

[Дмитрий Гордеев]

 

"Шведский натуралист Карл Линней написал книгу "Система природы" (1735 г.) и в разработанной там классификации животного мира поместил человека в одну группу с обезьяной. Что из того, если он при этом не перестает твердить: "Существует столько видов, сколько Бог создал их в самом Начале". Но произошло-то неслыханное - человек, венец творения, одухотворенный самим Создателем, Божественный в Образе своем, впервые встал в один ряд с одной из заурядных тварей, в порядке исключения названной к тому же приматом, то есть "князем", "господином", животным первого ранга. ...Линней даже осмелился орангутанга назвать священным именем человек: homo silvetris - "лесной человек". А как прикажете понимать имя, придуманное Карлом Линнеем для самого человека: homo sapiens nosee te ipsum - "человек разумный, познай самого себя"?! Что это, пожелание, наставление, крамольный призыв?"

(В. Ларичев.)

[botsman]

Наверное надо было назвать «человек познающий». А дальше — человек понимающий, и человек справедливый

[Дмитрий Гордеев]

 

В Седьмой Книге диалога "Государство" тоже есть "классификация", в которой определяется отличие в отношении просвещенности и непросвещенности людей.

С этой целью используется один из образов древнего философского учения и даётся объяснение, как человек может освободиться от оков неразумия и познать Самого Себя.

 

– "После этого, – сказал я, – ты можешь уподобить нашу человеческую природу в отношении просвещенности и непросвещенности вот какому состоянию... посмотри-ка: ведь люди как бы находятся в подземном жилище наподобие пещеры, где во всю ее длину тянется широкий просвет. С малых лет у них там на ногах и на шее оковы, так что людям не двинуться с места, и видят они только то, что у них прямо перед глазами, ибо повернуть голову они не могут из-за этих оков. bЛюди обращены спиной к свету, исходящему от огня, который горит далеко в вышине, а между огнем и узниками проходит верхняя дорога, огражденная – глянь-ка – невысокой стеной вроде той ширмы, за которой фокусники помещают своих помощников, когда поверх ширмы показывают кукол.
– Это я себе представляю.
– Так представь же себе и то, что за этой стеной другие люди несут различную утварь, держа ее так, что она видна поверх стены; проносят они и статуи, 515и всяческие изображения живых существ, сделанные из камня и дерева. При этом, как водится, одни из несущих разговаривают, другие молчат.
– Странный ты рисуешь образ и странных узников!
– Подобных нам. Прежде всего разве ты думаешь, что, находясь в таком положении, люди что-нибудь видят, свое ли или чужое, кроме теней, отбрасываемых огнем на расположенную перед ними стену пещеры?
b– Как же им видеть что-то иное, раз всю свою жизнь они вынуждены держать голову неподвижно?
– А предметы, которые проносят там, за стеной; Не то же ли самое происходит и с ними?
– То есть?
– Если бы узники были в состоянии друг с другом беседовать, разве, думаешь ты, не считали бы они, что дают названия именно тому, что видят?
– Непременно так.
– Далее. Если бы в их темнице отдавалось эхом все, что бы ни произнес любой из проходящих мимо, думаешь ты, они приписали бы эти звуки чему-нибудь иному, а не проходящей тени?
– Клянусь Зевсом, я этого не думаю.
c– Такие узники целиком и полностью принимали бы за истину тени проносимых мимо предметов.
– Это совершенно неизбежно.
– Понаблюдай же их освобождение от оков неразумия и исцеление от него, иначе говоря, как бы это все у них происходило, если бы с ними естественным путем случилось нечто подобное.
Когда с кого-нибудь из них снимут оковы, заставят его вдруг встать, повернуть шею, пройтись, взглянуть вверх – в сторону света, ему будет мучительно выполнять все это, он не в силах будет смотреть при ярком сиянии на те вещи, тень от которых он видел раньше.d И как ты думаешь, что он скажет, когда ему начнут говорить, что раньше он видел пустяки, а теперь, приблизившись к бытию и обратившись к более подлинному, он мог бы обрести правильный взгляд? Да еще если станут указывать на ту или иную мелькающую перед ним вещь и задавать вопрос, что это такое, и вдобавок заставят его отвечать! Не считаешь ли ты, что это крайне его затруднит и он подумает, будто гораздо больше правды в том, что он видел раньше, чем в том, что ему показывают теперь?
– Конечно, он так подумает.
e– А если заставить его смотреть прямо на самый свет, разве не заболят у него глаза, и не вернется он бегом к тому, что он в силах видеть, считая, что это действительно достовернее тех вещей, которые ему показывают?
– Да, это так.
– Если же кто станет насильно тащить его по крутизне Вверх, в Гору и не отпустит, пока не извлечет его на Солнечный Свет, разве он не будет страдать и не возмутится таким насилием?516 А когда бы он вышел на Свет, глаза его настолько были бы поражены Сиянием, что он не мог бы разглядеть ни одного предмета из тех, о подлинности которых ему теперь говорят.
– Да, так сразу он этого бы не смог.
– Тут нужна привычка, раз ему предстоит увидеть Всё То, Что Там, Наверху. Начинать надо с самого легкого: сперва смотреть на тени, затем – на отражения в воде людей и различных предметов, а уж потом – на Самые Вещи; при этом То, Что на Небе, и Самое Небо ему легче было бы видеть не днем, а ночью, то есть смотреть на звездный свет и Луну, а не на Солнце и, его свет.
b– Несомненно.
– И наконец, думаю я, этот человек был бы в состоянии смотреть уже на Самое Солнце, находящееся в Его Собственной Области, и усматривать Его Свойства, не ограничиваясь наблюдением его обманчивого отражения в воде или в других, ему чуждых средах.
– Конечно, ему это станет доступно.
– И тогда уж он сделает вывод, что от Солнца зависят и времена года, и течение лет, и что Оно ведает Всем в видимом пространстве и Оно же каким-то образом есть Причина всего того, что этот человек и другие узники видели раньше в пещере.
c– Ясно, что он придет к такому выводу после тех наблюдений.
– Так как же? Вспомнив свое прежнее жилище, тамошнюю премудрость и сотоварищей по заключению, разве не сочтет он блаженством перемену своего положения и разве не пожалеет своих друзей?
– И даже очень.
– А если они воздавали там какие-нибудь почести и хвалу друг другу, награждая того, кто отличался наиболее острым зрением при наблюдении текущих мимо предметов и лучше других запоминал, что обычно появлялось сперва, dчто после, а что и одновременно, и на этом основании предсказывал грядущее, то, как ты думаешь, жаждал бы всего этого тот, кто уже освободился от уз, и разве завидовал бы он тем, кого почитают узники и кто среди них влиятелен? Или он испытывал бы то, о чем говорит Гомер, то есть сильнейшим образом желал бы
как поденщик, работая в поле,
службой у бедного пахаря хлеб добывать свой насущный [1]
и скорее терпеть что угодно, только бы не разделять представлений узников и не жить так, как они?
e– Я-то думаю, он предпочтет вытерпеть все что угодно, чем жить так.
– Обдумай еще и вот что: если бы такой человек опять спустился туда и сел бы на то же самое место, разве не были бы его глаза охвачены мраком при таком внезапном уходе от света Солнца?
– Конечно.
– А если бы ему снова пришлось состязаться с этими вечными узниками, разбирая значение тех теней? Пока его зрение не притупится и глаза не привыкнут – а на это потребовалось бы немалое время, – разве не казался бы он смешон?517 О нем стали бы говорить, что из своего восхождения он вернулся с испорченным зрением, а значит, не стоит даже и пытаться идти ввысь. А кто принялся бы освобождать узников, чтобы повести их ввысь, того разве они не убили бы, попадись он им в руки?
– Непременно убили бы.
– Так вот, дорогой мой Главкон, это уподобление следует применить ко всему, что было сказано ранее: область, охватываемая зрением, подобна тюремному жилищу, а свет от огня уподобляется в ней мощи Солнца. b Восхождение и созерцание вещей, находящихся в Вышине, – это подъем души в Область Умопостигаемого. Если ты все это допустишь, то постигнешь мою заветную мысль – коль скоро ты стремишься ее узнать, – а уж Богу ведомо, верна ли она. Итак, вот что мне видится: в Том, Что познаваемо, Идея Блага – это предел, и Она с трудом различима, но стоит только Её Там различить, как отсюда напрашивается вывод, что именно Она – Причина Всего Правильного и Прекрасного. c В Области Видимого Она порождает Свет и Его Владыку, а в Области Умопостигаемого Она Сама – Владычица, от которой зависят Истина и Разумение, и на Неё должен взирать тот, кто хочет сознательно действовать как в частной, так и в общественной жизни.
– Я согласен с тобой, насколько мне это доступно".
(См. Платон. "Государство". Книга 7, 514 а - 517 с.)

 

В раннехристианском тексте "Книга Фомы Атлета" имеется ссылка на этот фрагмент диалога Платона.

 

"Тогда Спаситель продолжил, сказал: ... Горе вам, пленникам, ибо прикованы вы в пещере..." 

 

К сожалению, не все могут подняться по крутизне Вверх, в Гору, и выйти на Солнечный Свет, но только те, кто приобретает знание Истины (Флп. 123; 110), "ибо следовало, чтобы некоторые поднялись снизу Вверх". (Евангелие от Филиппа, Флп. 76.)

 

 

Познать Самого Себя означает увидеть "Солнце, находящееся в Своей Собственной Области, и усматривать Его Свойства". (См. фрагмент из "Государства", приведённый выше.)

А Солнце - это Благо. ("Государство", Книга 6, 509 б.)

"Но ты увидел Нечто в Том Месте, - Ты стал Им". (Евангелие от Филиппа, Флп. 44.)