ТУПОНИШАДЫ

[clouds2]

8. А ну, нах, - сказал Бог, и стал: Анунах.

 

9. Так появилась Вселенная тупиков.

Кто плюет в Бога, оплевывает самого себя.

[savva]

- А ни хай! - Сказал Анихай.

- Да мне пох! - Сказал Дамнепох.

- А ну нах! - Сказал Анунах и плюнул вниз, целясь в тупиков. К счастью, для последних, замерзший до -273 градусов по Цельсию плевок Анунаха промчался на 4 космической мимо планеты. И тупики уцелели... пока.....

[savva]

От крестообразного памятника дорога сворачивала влево от реки, огибая болотистую низину, поросшую камышом. Солнце стояло уже высоко, было удивительно жарко, и Изохер решил опробовать крючок, а за одно искупаться в реке. Покидать Осю очень не хотелось.

 

Он нашел маленький песчаный пляж между камышами, разделся, вошел в воду по пояс, зажал нос двумя пальцами и присел. Так купались все тупики в его деревне. Потом он поковырялся палкой в иле возле камышей и извлек длинного зеленого червя. Червя он насадил на крючок, размотал и забросил леску. То ли леска запуталась в песке, то ли грузило было слишком легким, но полетел червяк на крючке куда-то вбок, в камыши. И тут же Изохер почувствовал сильный рывок. Он начал выбирать леску, подтягивая к себе добычу.

 

- Дебилы! Придурки! Снимите с меня эту гадость! – услышал Изохер и тут же из камышей вывалилась совершено голая туписька с вытаращенными глазами и в страшном гневе.

 

- Недоносок! Сними это с моей головы сейчас же! А то хуже будет!

 

Хуже быть не могло. Таких молоденьких и таких голых туписек так близко Изохер видел впервые и от этого очень смутился. Он все тянул леску, а туписька шла к нему вытянув вперед шею и продолжая ругаться. Она была мокрой, голой и очень сердитой.

 

- Я нечайно, я сейчас, - лепетал Изохер, дрожащими руками отделяя пряди мокрых всклокоченных волос от червяка. Туписка терпеливо ждала опустив голову. – Я же не нарочно, я рыбу хотел поймать…

 

Туписька вдруг упала на песок и стала хохотать, дрыгая руками и ногами:

 

- Вот, умора! Меня на червя поймали.. на червя гадкого и зеленого.. – она, вдруг, заплакала, села обхватив тонкими руками колени, и разревелась вовсю.

 

Изохер попытался собраться с мыслями, но все, что он знал о молодых туписках ограничивалось несколькими журналами с цветными фото и еще он пару раз подглядывал с приятелями за тестированием, которое Укломух проводил в своей баньке. В общем, теорию он знал. С практикой было значительно хуже. С практикой совсем никак не было. К тому же туписка плакала, а таких картинок в журналах не было. Не зная, что делать и что сказать, Изохер сел на песок поодаль и сказал:

- Вот, в Офис иду… Толстый все съел… Хотел рыбу поймать, а тут ты..

 

От этих слов или по какой другой причине туписька разревелась еще больше.

 

Изохер был смущен и чтобы как-то прийти в себя, он поковырялся палкой в иле под камышами, нашел еще одного червя, насадил его на крючок, тщательно разложил леску на песке и забросил грузило. Грузило плюхнулось в реку, выкинув вверх фонтанчик серебристых брызг, и в тот же миг Изохер почувствовал сильный рывок и через минуту в его руках трепыхался жирный гуп.

 

- Ух, ты! – услышал он за спиной голос туписьки, - рыба?

 

- Рыба, - буркнул Изохер, не оборачиваясь, и сделал новый заброс. Попался еще один гуп, чуть поменьше первого. Крючок и впрямь был волшебный. Поймав еще пару гупов, Изохер решил, что еды достаточно и только после этого взглянул на берег в сторону туписьки. Ее не было.

 

Занявшись сбором плавника для костра, Изохер думал о странностях жизни. Так оно всегда и бывает: хочешь, хочешь, чего-нибудь, а его нет и нет. Успокаиваешься и, вдруг, бац, прямо тебе на голову валится, то чего так хотел и забыл уже как хотел. И вот, оно навалилось, прикатило, а ты не знаешь, что с этим делать. А оно поелозило мокрой задницей по твоей рубашке и пропало. А почему пропало? – Размышлял Изохер. - Потому что, сам дурак. Придя к такому малоутешительному выводу, Изохер насобирал острых и плоских раковин речных устриц, и с их помощью принялся потрошить рыбу.

 

- Ножом было бы удобней.

 

Изохер поднял глаза и увидел две загорелые ноги, которые заканчивались совсем прозрачными трусиками, над трусиками виднелся пупок, но взгляд уже никак не хотел подниматься выше.

 

- Хочешь, я почищу? – Спросила туписька. И лукаво посмотрела на Изохера. На ней кроме прозрачных трусиков, была надета такая же прозрачная майка с глубоким вырезом.

 

«Вот, опять туплю, - беспомощно подумал Изохер. - Ну, чего она ко мне привязалась! Я же счас умру или кончу, что еще хуже! Нельзя же так издеваться над человеком!» Он хотел разозлиться, но злости не было, а была какая-то ватная мягкость в теле и беспомощность.

 

- Изохер, - наконец выдавил из себя тупик, - в Офис иду. А тебя как..? – Он запнулся, чувствуя противную сухость во рту.

 

- Лисовета, можно, просто, Ли. – Ответила туписька, присаживаясь рядом.

 

- А ты чего здесь?

 

- Работаю. Перерыв у меня.

 

- Где работаешь? - Изохер огляделся по сторонам, но ничего кроме камышей и памятника на взгорке не увидел.

 

- Там! – Махнула рукой туписька в сторону дороги.

 

- Там же дорога.

 

- Там и работаю.

 

- А-а! – Протянул Изохер. – А где? В смысле, где, там же нет ничего.

 

- А все при мне. – Рассмеялась туписька. – Скажем, это такая сфера обслуживания. Моя сфера до этого поворота. А дальше другие девочки стоят. Понял?

 

- Так ты это… за деньги, что ли?

 

- А куда деваться? – Лицо туписьки, вдруг, стало жалобным и плаксивым и она продолжила совсем другим тоном, - Мать алкоголичка, отца я не помню, у младшего братика дэцэпэ, он умный, только ходить не может, бабушка после инсульта лежит… хотя, чего это я. У тебя все равно денег нет.

 

- Есть, но мало. – Зачем-то сказал Изохер.

 

- Заткни себе свои деньги в задницу! Я сегодня триста баксов уже заработала. Отдохну, вот, и еще триста заработаю.

 

- Ух, ты! – Изумился Изохер. – Это много. Мой отец в месяц столько не зарабатывает. Да у нас, вообще, никто столько не зарабатывает!

 

- Не завидуй. Паршивая работа, если честно. Но куда деваться?

 

Изохер задумался. Была у него такая дурная привычка. Пока туписька расправлялась с рыбинами, ловко орудуя не маленьким складным ножом с перламутровой ручкой. Изохер думал. Вот, идет себе человек, идет, никого не трогает, идет по своему важному делу, например, в Офис наниматься, а тут выпрыгивает из воды совсем голая туписька – и всё! Совсем всё! Потому что в своих прозрачных трусиках, она еще привлекательней и загадочней, чем без них. И ничего больше не хочется, и некуда стремиться, кроме одного единственного места у нее между ногами. Почему так происходит? Есть целый мир вокруг этого места под трусиками, но он как-то блекнет, размывается перед глазами и кажется совсем не важным и никчемным, зато ЭТО между ее ногами превращается в Центр Вселенной, в Центр Мироздания. Может, так оно и есть? Надо бы ее трахнуть, заключил Изохер. И пошел рвать лопухи.

[Goldwoman]

От крестообразного памятника дорога сворачивала влево от реки, огибая болотистую низину, поросшую камышом. Солнце стояло уже высоко, было удивительно жарко, и Изохер решил опробовать крючок, а за одно искупаться в реке. Покидать Осю очень не хотелось.

 

Он нашел маленький песчаный пляж между камышами, разделся, вошел в воду по пояс, зажал нос двумя пальцами и присел. Так купались все тупики в его деревне. Потом он поковырялся палкой в иле возле камышей и извлек длинного зеленого червя. Червя он насадил на крючок, размотал и забросил леску. То ли леска запуталась в песке, то ли грузило было слишком легким, но полетел червяк на крючке куда-то вбок, в камыши. И тут же Изохер почувствовал сильный рывок. Он начал выбирать леску, подтягивая к себе добычу.

 

- Дебилы! Придурки! Снимите с меня эту гадость! – услышал Изохер и тут же из камышей вывалилась совершено голая туписька с вытаращенными глазами и в страшном гневе.

 

- Недоносок! Сними это с моей головы сейчас же! А то хуже будет!

 

Хуже быть не могло. Таких молоденьких и таких голых туписек так близко Изохер видел впервые и от этого очень смутился. Он все тянул леску, а туписька шла к нему вытянув вперед шею и продолжая ругаться. Она была мокрой, голой и очень сердитой.

 

- Я нечайно, я сейчас, - лепетал Изохер, дрожащими руками отделяя пряди мокрых всклокоченных волос от червяка. Туписка терпеливо ждала опустив голову. – Я же не нарочно, я рыбу хотел поймать…

 

Туписька вдруг упала на песок и стала хохотать, дрыгая руками и ногами:

 

- Вот, умора! Меня на червя поймали.. на червя гадкого и зеленого.. – она, вдруг, заплакала, села обхватив тонкими руками колени, и разревелась вовсю.

 

Изохер попытался собраться с мыслями, но все, что он знал о молодых туписках ограничивалось несколькими журналами с цветными фото и еще он пару раз подглядывал с приятелями за тестированием, которое Укломух проводил в своей баньке. В общем, теорию он знал. С практикой было значительно хуже. С практикой совсем никак не было. К тому же туписка плакала, а таких картинок в журналах не было. Не зная, что делать и что сказать, Изохер сел на песок поодаль и сказал:

- Вот, в Офис иду… Толстый все съел… Хотел рыбу поймать, а тут ты..

 

От этих слов или по какой другой причине туписька разревелась еще больше.

 

Изохер был смущен и чтобы как-то прийти в себя, он поковырялся палкой в иле под камышами, нашел еще одного червя, насадил его на крючок, тщательно разложил леску на песке и забросил грузило. Грузило плюхнулось в реку, выкинув вверх фонтанчик серебристых брызг, и в тот же миг Изохер почувствовал сильный рывок и через минуту в его руках трепыхался жирный гуп.

 

- Ух, ты! – услышал он за спиной голос туписьки, - рыба?

 

- Рыба, - буркнул Изохер, не оборачиваясь, и сделал новый заброс. Попался еще один гуп, чуть поменьше первого. Крючок и впрямь был волшебный. Поймав еще пару гупов, Изохер решил, что еды достаточно и только после этого взглянул на берег в сторону туписьки. Ее не было.

 

Занявшись сбором плавника для костра, Изохер думал о странностях жизни. Так оно всегда и бывает: хочешь, хочешь, чего-нибудь, а его нет и нет. Успокаиваешься и, вдруг, бац, прямо тебе на голову валится, то чего так хотел и забыл уже как хотел. И вот, оно навалилось, прикатило, а ты не знаешь, что с этим делать. А оно поелозило мокрой задницей по твоей рубашке и пропало. А почему пропало? – Размышлял Изохер. - Потому что, сам дурак. Придя к такому малоутешительному выводу, Изохер насобирал острых и плоских раковин речных устриц, и с их помощью принялся потрошить рыбу.

 

- Ножом было бы удобней.

 

Изохер поднял глаза и увидел две загорелые ноги, которые заканчивались совсем прозрачными трусиками, над трусиками виднелся пупок, но взгляд уже никак не хотел подниматься выше.

 

- Хочешь, я почищу? – Спросила туписька. И лукаво посмотрела на Изохера. На ней кроме прозрачных трусиков, была надета такая же прозрачная майка с глубоким вырезом.

 

«Вот, опять туплю, - беспомощно подумал Изохер. - Ну, чего она ко мне привязалась! Я же счас умру или кончу, что еще хуже! Нельзя же так издеваться над человеком!» Он хотел разозлиться, но злости не было, а была какая-то ватная мягкость в теле и беспомощность.

 

- Изохер, - наконец выдавил из себя тупик, - в Офис иду. А тебя как..? – Он запнулся, чувствуя противную сухость во рту.

 

- Лисовета, можно, просто, Ли. – Ответила туписька, присаживаясь рядом.

 

- А ты чего здесь?

 

- Работаю. Перерыв у меня.

 

- Где работаешь? - Изохер огляделся по сторонам, но ничего кроме камышей и памятника на взгорке не увидел.

 

- Там! – Махнула рукой туписька в сторону дороги.

 

- Там же дорога.

 

- Там и работаю.

 

- А-а! – Протянул Изохер. – А где? В смысле, где, там же нет ничего.

 

- А все при мне. – Рассмеялась туписька. – Скажем, это такая сфера обслуживания. Моя сфера до этого поворота. А дальше другие девочки стоят. Понял?

 

- Так ты это… за деньги, что ли?

 

- А куда деваться? – Лицо туписьки, вдруг, стало жалобным и плаксивым и она продолжила совсем другим тоном, - Мать алкоголичка, отца я не помню, у младшего братика дэцэпэ, он умный, только ходить не может, бабушка после инсульта лежит… хотя, чего это я. У тебя все равно денег нет.

 

- Есть, но мало. – Зачем-то сказал Изохер.

 

- Заткни себе свои деньги в задницу! Я сегодня триста баксов уже заработала. Отдохну, вот, и еще триста заработаю.

 

- Ух, ты! – Изумился Изохер. – Это много. Мой отец в месяц столько не зарабатывает. Да у нас, вообще, никто столько не зарабатывает!

 

- Не завидуй. Паршивая работа, если честно. Но куда деваться?

 

Изохер задумался. Была у него такая дурная привычка. Пока туписька расправлялась с рыбинами, ловко орудуя не маленьким складным ножом с перламутровой ручкой. Изохер думал. Вот, идет себе человек, идет, никого не трогает, идет по своему важному делу, например, в Офис наниматься, а тут выпрыгивает из воды совсем голая туписька – и всё! Совсем всё! Потому что в своих прозрачных трусиках, она еще привлекательней и загадочней, чем без них. И ничего больше не хочется, и некуда стремиться, кроме одного единственного места у нее между ногами. Почему так происходит? Есть целый мир вокруг этого места под трусиками, но он как-то блекнет, размывается перед глазами и кажется совсем не важным и никчемным, зато ЭТО между ее ногами превращается в Центр Вселенной, в Центр Мироздания. Может, так оно и есть? Надо бы ее трахнуть, заключил Изохер. И пошел рвать лопухи.

 

 

Ну что дальше -то? Или Изохера больше нет? Его в лопухах поимели и съели? :D как у самка паука съедает самца после того, как он приложился к ее титькам :P

[Сальери]

В этом что- то похоже есть много

[savva]

Да, вышла закавыка. По логике жизни - всё! Тупик! Что может вырвать юного тупика из обьятий симпатичной туписьки? Ума не приложу!)))

[Сальери]

Да, вышла закавыка. По логике жизни - всё! Тупик! Что может вырвать юного тупика из обьятий симпатичной туписьки? Ума не приложу!)))

 

Вы очень здорово пишите, хорошо чувствуете слово.

 

Но написать виртуозный роман понадобиться долгий опыт. Обычно сначало делают алгоритм романа, а потом его заполняют блоками, а не вытягивают из сцены к сцене.

 

Вас очень приятно читать.

Есть герои, есть сюжет, есть слог.

 

Пишите пожалуйста просто законченные сцены. Без общего сюжета, по типу сериала. Добавляйте новых героев.

Каждый рассказ может быть похож на законченный сюжет, без ожидания продолжения.

 

Например Амнепох и Данунах играют в карты, Туписька пошла на свидание в слепую, и т. д.

[savva]

Спасибо за совет и похвапу. Это особенно приятно, поскольку писать я не очень люблю и еще меньше умею)) Но попробую последовать вашему совету, только, вот, выпутаюсь из сцены на берегу. Не хочется что-то вдаваться в сексуальные подробности. А решать ее, видно, придется по-шагово.)

[Чижов 1]

Вселенная Тупиков

 

1. Вначале всего ничего не было ни у кого.

 

2. Было темно. Хотя, темно тоже не было.

 

3. Ничего не было. Но Один понял, что темно.

 

4. И стал тырить.

 

5. И все кто не был, начали тырить в темноте.

 

6. И стал Бог и сказал: да будет Свет.

 

7. И стал свет. И стало видно, кто что натырил.

 

8. А ну, нах, - сказал Бог, и стал: Анунах.

 

9. Так появилась Вселенная тупиков.

 

 

:lol:

[savva]

Гупы, запеченные в лопухах и глине, были вполне съедобными. Пока Изохер ел, он лишь изредка поглядывал на Ли и с легким ужасом думал, что же делать после того как еда закончится, поэтому ел не спеша и даже очень не спеша, можно сказать, что он почти не ел. Да и какая там еда если солнц клонится к закату, от костра пахнет теплым дымком, а перед тобой в прозрачных трусиках сидит совсем молоденькая туписька?

Ли в который уже раз облизала длинные пальцы с обычными , но длинными ногтями и встала. Изохер побаивался туписек с накладными ногтями, как в глянцевых журналах. Пока он побаивался своих мыслей, Ли сбегала за своими вещами и вернулась уже одетой в коротенькую юбочку и что-то замысловатое с большим количеством тесемочек и кармашков.

 

- Не. На работу сегодня не пойду. Куда я с таким животом? – При этих словах она выпятила свой пупок прямо под нос Изохеру.

- Живот, как живот, - промямлил Изохер, и, вспомнив необъятный живот своего отца, добавил: – красивый даже.

- Тебе, правда, нравится? – Лисовета прищурилась то ли от дыма, то ли от лукавства: тогда погладь! Он сегодня объелся. Погладь, не бойся!

- Я и не боюсь! Сама гладь свой живот! – Неожиданно выпалил Изохер и подумал: «Ну, дурак, ну, что я несу?» И он выкрутился все же, заметив как насупилась Ли: - У меня руки в рыбе, а живот, что надо! – И опять подумал: «Кому надо? Боже, какой я идиот!»

Он вскочил и бросился к реке мыть руки. За его спиной Ли тихо рассмеялась.

 

- Пошли отсюда. – Сказала Ли, когда Изохер вернулся. – Собирай манатки и пошли. Поздно уже. Я место знаю. – И она лукаво подмигнула Изохеру…

 

Расположившись на лавочке под большим платаном, Дамнепох и Анунах играли в шашки на какую-то второсортную цивилизацию в самом заброшенном рукаве одной из спиралевидных галактик.

- Эй, пошли позырим! – Закричал Эрос, материализовавшись до пояса напротив играющих.

- А ну нах! – Сказал Анунах: - опять порнуха с извращениями.

- Никакого порно! Чистая любовь на природе! Пошли начнут скоро, самое интересное пропустим!

- Погоди-ка! – Сказал Дамнепох. - Есть идея! Пошли. Все равно я проиграл тут.

 

- Вот. – Сказала Ли. – Настоящая пещера. Мы тут с девочками переодеваемся иногда. Она зажгла самодельный факел, воткнув его в трещину стены. Пещера была большой, света факела не хватало, чтобы оглядеться и Изохер достал из рюкзака фонарик. В дальнем углу пещеры он разглядел кучу сена и пару замызганных матрацев, какую-то кормушку из жердей и кострище ближе к выходу и кучу хвороста рядом.

- Круто. Я такого никогда не видел. – Признался Изохер. – Да, тут жить можно!

- Тут наркоманы живут зимой, а с весны до осени только мы с девочками иногда заходим. Ну, давай?

- Чего давай? – Искренне не понял Изохер.

- Раздевай меня что ли? Зачем мы сюда перлись?

- Зачем? – Изохеру, вдруг, стало дурно. Он отошел к куче старого сена, пахнущего гнилью, и сел на полосатый матрац. Ли примостилась рядом.

- У тебя что, в первый раз?

- Ну, вот, еще скажешь тоже, - вяло возмутился Изохер. Комок подкатил к горлу и, вдруг, он расплакался. Он плакал он оплакивал свою никчемную жизнь в Нижних Тупилах, злобу и нелюбовь, с которыми сталкивался каждый день своей маленькой жизни. Он хлюпал носом и утирал кулаком слезы, а маленькая туписька, прижавшись к нему своим хрупким тельцем, гладила его голове и повторяла тягучим шепотом:

- Ну, что ты, маленький, что ты! Со всеми так бывает. И я плакала и до и после. Всё хорошо, успокойся. _ Она так расчувствовалась из сострадания, что тоже заревела.

 

- И где тут секс? – Ехидно поинтересовался Анунах.

- Я две стрелы перевел на них или три! – Оправдывался Эрос, - Может, подождем. Они раскачаются еще?

- Да мне пох! – Сказал Дамнепох и шагнул в пещеру.

- Слава вам благородные тупики! Долго мы шли по пустыне, ведомые звездой, э… Барабирской. Вон, она воссияла на небе в вашу честь.

Тупики вскочили с матраца и уставились на вошедших. Более всего их поразил бомж с крылышками.

- Ты хоть бы крылья снял! – шепнул Анунах Эросу, и подкрепил слово божье сильным ударом локтя под ребра Богу Любви.

- Не кори! Больно же! Забыл я! – Прошипел Эрос отступая в темный угол.

- Идите, идите сюда и узрите звезду, как там ее… Барабирскую!

- Та система, что ты мне в шашки продул, в двух миллиардах световых лет отсюда. Как они ее увидят? – Хохотнул в кулак Анунах и закашлялся, выйдя вслед за тупиками из пещеры.

Над самым горизонтом, озаряя степь изумрудным светом, пылала звезда Барабирская.

- Что, съел? – Съехидничал Дамнепох. – Бог я все-таки, что ж я фейерверка приличного не сотворю?

- Дети мои! Боги глядят на вас с надеждой и радостью в сердце. Путь лежит вам в земли Египетские. Ты пойдешь! – Величественным пальцем ткнул Дамнепох в Изохера. А ты, дева, останься пока, поговорить надо.

- Вообще-то, я в Офис иду наниматься. – Пролепетал Изохер, икнул и растворился в воздухе.

Ли закричала дико и страшно. Так она кричала только один раз в жизни, когда ей не заплатили. Но теперь она кричала от страха или от чего другого. Но, точно, не из-за денег.

- У тебя подружки есть? – Нежно спросил Эрос, выходя из тени.

- Иди в жопу! – Огрызнулась Ли.

- Ладно, пошли отсюда. – Промолвил Анунах. - Вы же не забыли, кто мы?

- А, может, забудем на пару часиков? – Взмолился Эрос. Сто лет воздержания – это ж с ума можно сойти по Фрейду.

- А ангелессы? – Спросил Дамнепох.

- От них старыми подушками воняет.

Боги растворились в воздухе, как минуту назад растворился Изохер. Ли осталась одна. Ей, вдруг, сделалось так одиноко в этом мире, что захотелось тут же умереть. Она вернулась в пещеру, легла на матрац, скрестив руки на груди, и стала ждать свою смерть. Ждала она долго. А смерти всё не было. Тогда она свернулась калачиком и, немного поплакав, уснула.

[Goldwoman]

Гупы, запеченные в лопухах и глине, были вполне съедобными. Пока Изохер ел, он лишь изредка поглядывал на Ли и с легким ужасом думал, что же делать после того как еда закончится, поэтому ел не спеша и даже очень не спеша, можно сказать, что он почти не ел. Да и какая там еда если солнц клонится к закату, от костра пахнет теплым дымком, а перед тобой в прозрачных трусиках сидит совсем молоденькая туписька?

Ли в который уже раз облизала длинные пальцы с обычными , но длинными ногтями и встала. Изохер побаивался туписек с накладными ногтями, как в глянцевых журналах. Пока он побаивался своих мыслей, Ли сбегала за своими вещами и вернулась уже одетой в коротенькую юбочку и что-то замысловатое с большим количеством тесемочек и кармашков.

 

- Не. На работу сегодня не пойду. Куда я с таким животом? – При этих словах она выпятила свой пупок прямо под нос Изохеру.

- Живот, как живот, - промямлил Изохер, и, вспомнив необъятный живот своего отца, добавил: – красивый даже.

- Тебе, правда, нравится? – Лисовета прищурилась то ли от дыма, то ли от лукавства: тогда погладь! Он сегодня объелся. Погладь, не бойся!

- Я и не боюсь! Сама гладь свой живот! – Неожиданно выпалил Изохер и подумал: «Ну, дурак, ну, что я несу?» И он выкрутился все же, заметив как насупилась Ли: - У меня руки в рыбе, а живот, что надо! – И опять подумал: «Кому надо? Боже, какой я идиот!»

Он вскочил и бросился к реке мыть руки. За его спиной Ли тихо рассмеялась.

 

- Пошли отсюда. – Сказала Ли, когда Изохер вернулся. – Собирай манатки и пошли. Поздно уже. Я место знаю. – И она лукаво подмигнула Изохеру…

 

Расположившись на лавочке под большим платаном, Дамнепох и Анунах играли в шашки на какую-то второсортную цивилизацию в самом заброшенном рукаве одной из спиралевидных галактик.

- Эй, пошли позырим! – Закричал Эрос, материализовавшись до пояса напротив играющих.

- А ну нах! – Сказал Анунах: - опять порнуха с извращениями.

- Никакого порно! Чистая любовь на природе! Пошли начнут скоро, самое интересное пропустим!

- Погоди-ка! – Сказал Дамнепох. - Есть идея! Пошли. Все равно я проиграл тут.

 

- Вот. – Сказала Ли. – Настоящая пещера. Мы тут с девочками переодеваемся иногда. Она зажгла самодельный факел, воткнув его в трещину стены. Пещера была большой, света факела не хватало, чтобы оглядеться и Изохер достал из рюкзака фонарик. В дальнем углу пещеры он разглядел кучу сена и пару замызганных матрацев, какую-то кормушку из жердей и кострище ближе к выходу и кучу хвороста рядом.

- Круто. Я такого никогда не видел. – Признался Изохер. – Да, тут жить можно!

- Тут наркоманы живут зимой, а с весны до осени только мы с девочками иногда заходим. Ну, давай?

- Чего давай? – Искренне не понял Изохер.

- Раздевай меня что ли? Зачем мы сюда перлись?

- Зачем? – Изохеру, вдруг, стало дурно. Он отошел к куче старого сена, пахнущего гнилью, и сел на полосатый матрац. Ли примостилась рядом.

- У тебя что, в первый раз?

- Ну, вот, еще скажешь тоже, - вяло возмутился Изохер. Комок подкатил к горлу и, вдруг, он расплакался. Он плакал он оплакивал свою никчемную жизнь в Нижних Тупилах, злобу и нелюбовь, с которыми сталкивался каждый день своей маленькой жизни. Он хлюпал носом и утирал кулаком слезы, а маленькая туписька, прижавшись к нему своим хрупким тельцем, гладила его голове и повторяла тягучим шепотом:

- Ну, что ты, маленький, что ты! Со всеми так бывает. И я плакала и до и после. Всё хорошо, успокойся. _ Она так расчувствовалась из сострадания, что тоже заревела.

 

- И где тут секс? – Ехидно поинтересовался Анунах.

- Я две стрелы перевел на них или три! – Оправдывался Эрос, - Может, подождем. Они раскачаются еще?

- Да мне пох! – Сказал Дамнепох и шагнул в пещеру.

- Слава вам благородные тупики! Долго мы шли по пустыне, ведомые звездой, э… Барабирской. Вон, она воссияла на небе в вашу честь.

Тупики вскочили с матраца и уставились на вошедших. Более всего их поразил бомж с крылышками.

- Ты хоть бы крылья снял! – шепнул Анунах Эросу, и подкрепил слово божье сильным ударом локтя под ребра Богу Любви.

- Не кори! Больно же! Забыл я! – Прошипел Эрос отступая в темный угол.

- Идите, идите сюда и узрите звезду, как там ее… Барабирскую!

- Та система, что ты мне в шашки продул, в двух миллиардах световых лет отсюда. Как они ее увидят? – Хохотнул в кулак Анунах и закашлялся, выйдя вслед за тупиками из пещеры.

Над самым горизонтом, озаряя степь изумрудным светом, пылала звезда Барабирская.

- Что, съел? – Съехидничал Дамнепох. – Бог я все-таки, что ж я фейерверка приличного не сотворю?

- Дети мои! Боги глядят на вас с надеждой и радостью в сердце. Путь лежит вам в земли Египетские. Ты пойдешь! – Величественным пальцем ткнул Дамнепох в Изохера. А ты, дева, останься пока, поговорить надо.

- Вообще-то, я в Офис иду наниматься. – Пролепетал Изохер, икнул и растворился в воздухе.

Ли закричала дико и страшно. Так она кричала только один раз в жизни, когда ей не заплатили. Но теперь она кричала от страха или от чего другого. Но, точно, не из-за денег.

- У тебя подружки есть? – Нежно спросил Эрос, выходя из тени.

- Иди в жопу! – Огрызнулась Ли.

- Ладно, пошли отсюда. – Промолвил Анунах. - Вы же не забыли, кто мы?

- А, может, забудем на пару часиков? – Взмолился Эрос. Сто лет воздержания – это ж с ума можно сойти по Фрейду.

- А ангелессы? – Спросил Дамнепох.

- От них старыми подушками воняет.

Боги растворились в воздухе, как минуту назад растворился Изохер. Ли осталась одна. Ей, вдруг, сделалось так одиноко в этом мире, что захотелось тут же умереть. Она вернулась в пещеру, легла на матрац, скрестив руки на груди, и стала ждать свою смерть. Ждала она долго. А смерти всё не было. Тогда она свернулась калачиком и, немного поплакав, уснула.

 

Мммммм, и Изохер такой милый А туписька поспит еще 10000000000000 Световых лет, а Изохеру еще много придется постранствовать..... B)

 

Сав, великолепное продолжение, пиши еще ;) Будем следить за всеми твоими ЛИТЕРОтворениями :P

[savva]

Вот, женщины! За что ты её так? Кстати световой год это мера длинны, а не времени)))

[Goldwoman]

Вот, женщины! За что ты её так? Кстати световой год это мера длинны, а не времени)))

 

Савва, привет! Вот, хватит тянуть одеяло на себя)) Мне холодно же! Ну, или делай это в другом месте)) А если к месту, то у тебя творческий кризис...пиши осчО) Так нельзя же, сначала котенку дать почувствовать вкус сметаны, а потом НЕ ДАТЬ ему ее никогда.... Сав, свора голодных- преголодных котят тебя ждут))))

 

А про длину- я запомнила, благодарю))

[RODS]

Кстати световой год это мера длинны, а не времени)))

Амнепох сказала мантру Goldwoman!

Правда классно савва. Продолжай)))

[Goldwoman]

Амнепох сказала мантру Goldwoman!

Правда классно савва. Продолжай)))

 

 

RODS, 10 баллов тебе! Точно, Амнепох! Я так и хотела тогда сказать.... :P

[Goldwoman]

Савва, ну что там с Изохером?

 

С туписькой- все ясно, конечно))) Я не могу больше ждать- скоро лопну от любопытства)) Очень сложно в стихии Воздуха ждать........ и во время приходить))) Хотя... да, у меня есть преимущество одно перед Изохером- он ушел и с конца) Я хотя бы всегда нахожу дорогу обратно домой)) Хотя у меня дом- это Вся Вселенная) Я везде буду жить.... Это все ОПЫТ- его не пропьешь///а я не пью вообще))

[RODS]

Савва, ну что там с Изохером?

 

С туписькой- все ясно, конечно)))

ДАааа!? А мне про тупиську в прозрачных трусиках больше понра... Зацепило как-то! :lol:

[savva]

Знаешь, что забавно, я же тупо описываю, как могу, динамический образ в голове. Туписька не только перетягивает, но и как-то форматирует ообраз тупика в нечто более человекоподобное. Прикольно, что я практически ничего не придумываю, я только редактирую, если описать трудно сцену или, просто, ленюсь писать))) Был у меня период, когда я занимался поэзией и участвовал в КСП. Муки творчества, как я понимаю, мои тогда заключались в том, что мультило, что-то сказать всем людям, а сказать было нечего - тупил сильно))) От того и мучился и сочинял всякую хрень, обижался на редакторов, а ничего кроме слов не было. Хорошо, во время бросил эти занятия)))